Она откидывается на его грудь, лишенная сил. Его теплые сильные руки обнимают ее, сердце стучит размеренно. Эва не может вспомнить, чувствовала ли себя настолько расслабленной прежде. С ним рядом оказывается так удивительно спокойно.
Она вдруг вспоминает, что он не закончил, тянется снова, но отчего-то он отстраняет ее руку. Говорит тихо:
— В другой раз. Отдыхай.
Когда вода остывает, он оборачивает ее полотенцем, спрашивает с полуулыбкой:
— Понравилось?
Она вновь смущается, хмурится:
— Обязательно обсуждать это?
— Ну и характер.. — цокает языком, глядя ей вслед.
Быстрым шагом Эва направляется в свою спальню, пылая от смущения. О чем она только думала? Она видит его впервые, он даже не человек! Боже..
Она ложится в постель, но ей не уснуть, не найти себе места. Все тело горит, холодные простыни раздражают. Что он сделал с ней? Вспоминать стыдно. Но отчего-то так хочется еще..
Эва опускает руку, касается себя так, как касался он. Это приятно. Пальцы легко скользят по обильной смазке. Она меняет темп, пробует двигать бедрами навстречу, тихо вздыхая. Закрывает глаза, представляя его огромное сильное тело, его шрамы, его невозможно нежные руки.
Она закусывает губы, надавливает сильнее, быстрее двигает рукой.. но все не то. У нее никак не выходит испытать то же, что рядом с ним. Она злится, но продолжает, проникает в себя двумя пальцами, сжимает грудь. Шепчет:
— Амен..
По комнате проносится мягкий бархатный смешок.
Эва распахивает глаза и вскрикивает, замечая два ярко-синих огонька в дверном проеме.
— Добрых снов. — произносит демон, закрывая за собой дверь.
У греха вкус мяты и диких ягод
Избегать гостя оказалось сложнее, чем Эва предполагала. Всюду в доме она натыкалась на взгляд его сине-черных глаз, и воспоминания о минувшей ночи тут же заставляли ее пылать от смущения. Амен несколько раз намеревался заговорить с ней, но она скрывалась из виду раньше, чем он успевал произнести хоть слово.
Поначалу его забавляла ее игра, но скоро это начало раздражать. Он направился за Эвой в амбар, когда она пошла кормить свое небольшое хозяйство. При виде демона она сразу хотела выйти на улицу, но он преградил ей путь. Ухмыльнулся от того, как она злится, но слова сказать не может.
— Я сделаю вид, что ничего не видел и не слышал, если тебе так будет легче. Заканчивай бегать от меня, уже не смешно.
— Не бегаю я, дела свои делаю, не видишь разве?
Он подошел ближе, почти вплотную к ней. Поднять глаза Эва не решалась, потому взглядом уткнулась прямо в его рельефный торс. Он весь словно из камня высечен, только теплый наощупь, необыкновенно нежный. Ее тело помнило это тепло, ощущение твердых мышц, касающихся ее спины, его пальцы..
— Если тебе захочется, чтобы я обнажился для тебя — просто попроси. — произнес с наглой ухмылкой, склонившись к ее уху. — Но вообще-то сейчас довольно прохладно, и я бы не отказался от какой-нибудь одежды.
Эва поджала губы. Он для этого за ней ходил, а она придумала себе невесть что.. Смущение быстро уступило место вопросам практическим: во что его одевать? Он же просто огромный.. У нее хранились вещи погибшего брата, но Исман крупным телосложением не отличался. Да и среди горожан едва ли найдется кто-то таких габаритов.
— Поеду в город, закажу у швеи что-то. — заодно и от его взгляда спрячется.
***
В городе Эвтиду все знали — ее отец был богатым торговцем, уважаемым среди местного населения, да и она выросла здесь же, у всех на глазах. Сейчас это не было ей на руку — специфический заказ явно вызовет вопросы.
— Ты точно с мерками не напутала? В такую рубаху двое поместятся. — швея развела руки, прикидывая, какого размера отрез ткани понадобится. — Это кого ты наряжать собралась?
— Друг брата гостит у меня. Он тоже воин, рослый и крепкий очень. Хочется отблагодарить его.. за помощь по хозяйству.
— Такой гость точно к добру. — подмигнула с хитрой улыбкой. — Глядишь, в девках ходить перестанешь. Приходи завтра к вечеру. Сейчас другой работы нет, быстро твоего жениха приоденем!
Вздохнув устало, Эва покинула лавку.
Она загрузила телегу продуктами. Если вначале торговцы удивлялись, куда она набирает столько, то к концу весь рынок уже знал, что у Эвтиды гость и скоро, вероятно, случится свадьба. Все сплетничали прямо перед ней, не стесняясь, а когда она отпиралась, улыбались снисходительно, ни капли ей не поверив.