- А что, хорошо ли мы знакомы с графом Фосбери и его сестрой? - спросил Михаил.
- Граф довольно тесно дружен с твоим отцом. А его младшая сестра Элизабет недавно пережила трагедию - человек, с которым она была обручена, полгода назад умер от воспаления в животе.
- Какое несчастье.
- Да, после этого Элизабет пока не выходила в свет. А вот ты в последнее время частенько навещал бедняжку, - добавила графиня, многозначительно посмотрев на сына, - Вы вместе прогуливались верхом. И она навещала меня, когда вы с отцом разбились в карете. Но ты тогда лежал, и посещений ещё не разрешал. В тот трудный час Элизабет очень тепло поддержала меня.
Переваривая новую информацию, Михаил увидел, что к ним направляются Питер и Долорес-София Крэйбонги. Пока Питер о чём-то спрашивал графиню, Михаил смотрел на девушку и в голове его проносились дурацкие фразы про стоящие погоды и тому подобная чепуха. Его спас танец, вступление к которому заиграли музыканты. Он пригласил герцогскую дочку, и её невесомая ручка в белой перчатке легла в его ладонь.
Весь танец прошёл для Михаила словно в какой-то дымке, центром которой были лучистые карие глаза юной красавицы.
После заиграла музыка к новому танцу, и Долорес-София отвергла приглашения других кавалеров, отговорившись своим незнанием движений этого танца.
Михаил обрадовался предоставившейся возможности пообщаться с девушкой. Он спросил её про монастырь, в котором она воспитывалась, и оказалось, что кто-то уже успел в связи с этим потоптаться по самолюбию девушки, упомянув неизбежные мозоли от монастырской работы. "Ну, меня-то ручной работой не испугать", подумал Михаил. Дальше он понёс какой-то вздор про мозоли, Долорес-София звонко смеялась, и Михаилу подумалось, что он мог бы вечность так стоять, смотреть на эту сказочную принцессу и слушать её речи и смех. А ведь судя по тому, что ему ранее сказала графиня, скоро появится много претендентов на брак с этой девушкой, в которой люди будут ценить лишь титул и приданое.
Когда Брайан Крэйбонг увёл сестру, Михаил ощутил некую внутреннюю пустоту, нехватку чего-то важного. Он пригласил на танец стоявшую поблизости девицу, и даже безошибочно проделал с ней все положенные па, но взгляд его поневоле следил за Долорес-Софией, порхающей неподалёку вокруг графа Фосбери.
А потом она ушла.
- Скажите, матушка, - задумчиво спросил Михаил, когда они уже ехали в карете на обратном пути, - А как делаются предложения о замужестве герцогским дочерям?
Взметнулся знакомый платочек.
ЧАСТЬ 3
Глава 1
Наутро после приёма дом герцога Крэйбонга долго спал.
Спал уставший вечером герцог, большую часть приёма проведший в курительной комнате, куда к нему заходили некоторые мужчины из гостей - обсудить кой-какие дела, да выкурить сигару под бокал-другой более крепких напитков, нежели те, что подавались в большой зале. Но какой бы вопрос тот или иной господин ни обсуждал с герцогом, не было, однако, никого, кто бы не высказал комплимента в адрес новоявленной в свете дочери герцога. Отцы взрослых дочерей нередко сетовали, что их дочь воспитана дома и поэтому избалована, а счастливые отцы взрослых неженатых сыновей весьма прозрачно намекали на желательность их брака с Долорес-Софией, и при этом обязательно деликатно интересовались размером и составом её приданого.
Спали сыновья герцога Брайан и Питер, каждый из которых находился в зале до самого конца приёма, а после отправился провожать одну из присутствовавших гостий, причём Питер вернулся домой уже под утро.
Спала многочисленная челядь, которая прислуживала гостям, потом почти до утра занималась необходимой уборкой, и теперь наслаждалась заслуженным выходным днём.
Спала и Дора. Волнение, которое она испытывала ночью, переживая детали прошедшего приёма, уступило место усталости только с рассветом.
Лишь около полудня дом понемногу стал заполняться шорохом шагов прислуги да звяканьем кухонной утвари.
Во время обеда, который по сути был завтраком, в покои герцога принесли традиционные газеты, а также письма. Письма, помимо деловых сообщений, содержали различные приглашения, которые всегда во множестве получал герцог и на которые обычно отвечал его секретарь вежливым отказом. Но сегодня было ещё два письма, имеющих иное содержание. Прочитав их, герцог хмыкнул и крепко задумался.
Дору разбудил звук, с которым Салли открыла занавеси в её спальне.
- Вам пора вставать, леди, время-то к обеду, вот я уже и чаю с булочками принесла, их светлость господин герцог-то уже проснулись да напомнить стребовали, что вам сегодня во дворец Его Величества идти ко двору представляться, и наряд для этого случая я в гостиной повесила, давайте я вам помыться да расчесаться помогу, а то после этих балов господа всегда уж такие усталые...