Отщипывая кусочки тёплой слоёной булочки и запивая их сладким горячим чаем, Дора чувствовала, что отчего-то совершенно не волнуется перед сегодняшним появлением при дворе короля. Ею владела эмоциональная усталость после перенесённой недавно волнительной бури. Но, конечно, это состояние не помешало ей в точности к назначенному времени быть готовой к новому большому событию в её жизни.
Если бы Дору спросили, какой наряд она сама желает надеть для того, чтобы предстать пред очами Его Королевского Величества Седрика Второго, она бы выбрала скромное синее платье, в котором впервые появилась перед своим отцом и братьями всего немногим больше пары недель назад. Это платье стало её любимым, в нём она часто посещала занятия с преподавателями, и оно казалось ей наиболее комфортным и соответствующим её внутреннему самоощущению. Но дворцовый этикет требовал, чтобы дамы появлялись в королевском дворце непременно нарядными, и радовали собой взоры членов монаршей семьи и представителей иностранных посольств, а также вдохновляли своей красотой многочисленных гвардейцев на наиболее рьяную защиту королевского двора.
По этим причинам Дора была обряжена в открытое светло-розовое платье, украшенное обильной сборкой. На руках были надеты короткие кружевные перчатки. Шею украшало красивое колье с камнями розового кварца в комплекте с серьгами и перстнем, надетым поверх перчатки. К запястью левой руки крепилась маленькая сумочка-ридикюль, которая была непременным элементом наряда дам, долженствующим указывать, что сия дама находится во дворце в качестве посетительницы "по делу".
В солнечном свете огромное здание королевского дворца казалось сделанным из золота и поражало великолепием. Широкие переходы и высокие арочные потолки внутри заставляли чувствовать себя крошечным, в сравнении с окружающим пространством. "Неужели кто-то может назвать этот дворец своим домом?", подумала Дора, "Кажется, что тут можно потеряться так, что и самого себя не найти".
Однако сопровождающий их служитель прекрасно ориентировался в этом образце изысканной архитектуры. Он проводил герцога и его дочь в приёмный покой Его Величества и оставил их ожидать приглашения. Зал, в которые они вошли через недолгое время, не был столь огромен, как ожидалось Доре, но всё же ей пришлось проделать определенный путь под руку с отцом по красной ковровой дорожке к возвышению, на котором стояли три больших кресла.
Центральное кресло с высокой спинкой занимал седой коротковолосый человек в тёмно-синем мундире с широкой голубой лентой через плечо. Справа от него находилась строгая сухощавая дама с очень светлыми волосами, обрамлёными диадемой из блестящих камней, и в короткой накидке из тёмного меха. В кресле слева сидел молодой мужчина с завитыми тёмными волосами, в одеждах из золотистой ткани.
- Его Величество Седрик Второй, Божьей милостью Король Бригантии, герцог Йоркский. Её Величество Анна-Присцилла, королева Бригантии, герцогиня Йоркская. Его Высочество наследный принц Адриан! - провозгласил придворный служащий титулы королевской семьи, стоя боком между креслами короля и Дорой с герцогом. Затем он сделал церемонный шаг, чтобы встать вровень с герцогом и лицом к королю, и продолжил:
- Его светлость герцог Бедфордский Витаус Крэйбонг с дочерью Долорес-Софией!
Дора низко присела в глубоком реверансе и поднялась, лишь когда услышала обращенные к ней с улыбкой слова короля:
- Ну-ка, посмотрим на это сокровище, которое вы, наш друг, прятали от нас до сих пор.
Дора слегка покраснела и приветливо улыбнулась в ответ.
- Мы уже наслышаны с утра о превосходном впечатлении, который вы произвели на вчерашнем приёме в герцогском доме, - продолжил Его Величество.
- Не на всех, - ехидно возразил принц Адриан.
- Да, некоторые наши дамы нашли вас излишне скромной и слишком явственной воспитанницей монастыря. Но я полагаю, - заговорщически понизил тон Седрик Второй, - Что в этом проявилась некоторая зависть к успеху у мужчин. Ведь в их глазах этот недостаток напротив, является большим достоинством, - усмехнулся он.
Королева после этих слов позволила себе лёгкий намёк на улыбку.
- Скромность у дебютантки - не такое уж редкое качество, - заметил принц, - Однако с третьего-четвёртого, а то уже и со второго бала мы можем наблюдать готовую светскую львицу в той девице, что ещё вчера напоминала монахиню. Впрочем, это и хорошо. У нас здесь всё-таки дворец, а не монастырь.