И тогда во время совместной инспекционной поездки он решился спросить управляющего:
- Скажите, мистер Фитцберг, не известна ли вам какая-нибудь дама, скажем, из среднего сословия, способная скрасить для сына графа его одинокие вечера?
Управляющий ничем не показал, что удивлён подобной обращённой к нему просьбой и обещал подумать над этим вопросом. Через пару дней он сообщил Майклу, что их ждут с визитом у некоей вдовы торговца Финчли, имеющей свой домик на одной из тихих улочек Дилкли.
Означенная вдова была около тридцати лет отроду, светловолосой, обладала миловидным лицом с ямочками на щеках и приятными на вид округлостями фигуры.
- Кларисса, - скромно улыбнувшись, представилась она виконту.
- Кларисса, - с удовольствием повторил Майкл, поднося её руку к своим губам...
Вскоре после этого Майкл выписал для Аарона Фитцберга породистого жеребца, для большей комфортности и престижности передвижения управляющего по графству и за его пределами.
А в замке Оддбэй в кабинете виконта заботливо хранилась в отдельной папке газетная страница с зарисованной победительницей игры в лаун-теннис, счастливо прижимающей к себе маленький букетик.
Глава 4
Осень в графство Оддбэй пришла как-то вдруг. Во всяком случае, Майкл обнаружил, что вовсю царит осенняя пора, лишь когда однажды звук копыт его коня изменился, добавившись каким-то шуршанием - кусты и деревья сбрасывали и укрывали землю разноцветными листьями.
"Мда, закрутился я что-то, совсем красоты вокруг не замечаю", - подумал Майкл, вдыхая и пробуя на вкус чистый прохладный воздух. "Взять, что ли, открытую коляску, да прокатиться с Клариссой, полюбоваться окрестностями... или всё-таки поехать сначала к мебельщикам, как планировал?"
Одной из крупных статей дохода графства до появления "нового" Майкла, как уже упоминалось, было производство типовой мебели. Столы, буфеты, шкафы, стулья - без особых изысков, для средних классов населения. Проблема была однако в том, что лесами графство Оддбэй было не особо богато, и мастерам-мебельщикам приходилось иногда закупать древесину в соседних областях, когда ежегодная квота на вырубку леса в своём графстве заканчивалась.
Цех по производству мебели логично располагался рядом с лесопилкой, которая делала строительный лес и дрова, пользовавшиеся, естественно, большим вынужденным спросом во всём графстве.
Первое, что увидел Майкл, подъезжая к лесопилке - высокие холмы опилок.
- А опилки мы, ваша милость, разрешаем за так забирать людям - кто на удобрения земли их пускает, кто засыпает их в стены для тепла, да ещё ими посыпают землю в стойлах для лошадей. А остальное сжигаем, - пояснил ему начальник лесопилки.
В голове у Майкла начала оформляться мысль об использовании опилок и древесной стружки, но для окончательного решения ему нужно было увидеть своими глазами процесс производства мебели.
Там он понаблюдал за тем, как обрабатываются заготовки для мебели и какие станки и инструменты при этом используются работниками. В частности, его внимание привлекли широкие рубанки и валы для придания древесным заготовкам ровной округлой формы. Виконт назначил совещание на завтра для руководства мебельным цехом с участием его самого и управляющего графством.
"А вот теперь - можно и к Клариссе", разрешил себе Майкл.
Кларисса Финчли была примерной женой торговца сушёными фруктами, имевшего в городе маленькую лавку. Неудачная беременность оставила пару без надежды завести детей, но брак их был устойчивым, с ровными и доверительными отношениями супругов, и они продолжали жить вместе. Когда позапрошлой зимой мистер Финчли заболел пневмонией и умер, его вдове пришлось продать лавку. Рассчитавшись с небольшими долгами, она положила деньги в банк, чтобы скромно жить на проценты от вклада. За это время к ней пару раз сватались, но один из кандидатов в мужья страдал периодическими запоями, а у второго, вдовца, было детей "семеро по лавкам" и дырявая крыша над головой, так что Кларисса не решилась на брак с кем-либо из них.
Когда к ней пришёл Аарон Фитцберг, которого она немного знала ещё при жизни супруга, и предложил стать содержанкой виконта Оддбэя, Кларисса сначала испугалась. Её смущало, что репутация её добропорядочной тихой дамы пострадает. На что мистер Фитцберг заметил, что она не станет вести разгульный образ жизни, чтобы испортить репутацию, а связь с одним мужчиной для вдовы вполне объяснима и простительна. Помимо того, мистер Фитцберг предъявил Клариссе и другой весомый резон - она сможет улучшить своё благосостояние настолько, чтобы через некоторое время представлять из себя гораздо более выгодную партию для заключения нового брака. И она согласилась.