Бригитта представила, как через пару лет Дора так же будет прогуливаться, но уже рядом с нею будет находиться малыш. Её, Бригитты, малыш, которого все будут считать ребёнком Доры. Женщина разрыдалась и со злостью оттолкнула чашку с водой, которую ей протянула служанка.
Она не в первый раз срывала зло на этой служанке, только потому что не могла сорвать его на ком-либо из тех, кого считала виновными в своём несчастье. Она попыталась начинать заговаривать с Дорой с тем, чтобы окончить этот разговор истерикой, но Дора с самых первых слов пресекала любые попытки бесед и уходила, словно бы за что-то сердясь на неё.
Бригитта чувствовала себя совершенно одинокой и брошенной, словно вернулся тот момент её жизни, когда она узнала о том, что не является дочерью герцога и в перспективе у неё только монастырь, и то - в лучшем случае. Она попыталась подойти с разговором к графу Фредерику, задав вопрос о том, куда ей лучше будет уехать после рождения ребёнка, но тот лишь встряхнул развёрнутой газетой и холодно ответил, что не желает об этом ни думать, ни знать, как не желает потом видеть Бригитту никогда в своей жизни. При этом его не тронули рыдания Бригитты, с которыми она встретила его слова.
Слуги в поместье часто шептались между собой о том, что более странной семьи, чем эта, им, пожалуй, не приходилось видеть. Что рядом с этой непонятной супружеской парой делает их юная, как им сказали, дальняя родственница, тоже было совершенно не ясно. Слуги строили самые разные предположения, нагромождая одну фантазию на другую, чем и развлекались во всякое свободное время.
За пару недель до родов в занимаемом ими доме поселились две женщины, которые должны были помочь Бригитте разрешиться от бремени. Главная из них, высокая и дородная дама, осмотрев Бригитту, нашла положение ребёнка правильным и сообщила Фредерику, что осложнений в родах, по её осторожному прогнозу, быть не должно.
В ближайшей деревне Фредерик нашёл кормилицу - женщину по имени Мэри, недавно родившую собственного, третьего по счёту, дитя и согласившуюся проехать вскоре до города Ипсвич, кормя по дороге ещё одного ребёнка, помимо своего, а потом вернуться обратно к своей семье.
Ребёнок родился в начале января. Лорд Фредерик на время родов удалился в другой конец поместья, а Дора в сильном испуге бегала по его коридорам и за дверью, где долго кричала роженица. Искать поддержки у Фредерика ей не пришло в голову, возможно потому, что она до сих пор не помирилась с мужем, да для этого и не было условий при тех ролях, которые они исполняли перед слугами.
Младшей повитухе пришлось проделать довольно длинный путь по коридорам поместья, чтобы прийти к "отцу" с новорожденным на руках и со словами:
- Поздравляю, сэр, у вас родился сын.
Фредерик, лишь мельком взглянув на младенца, сказал:
- Прекрасно. Отдайте его Мэри.
А Дора, как только получила разрешение от старшей повитухи, вошла в комнату к Бригитте. Она подошла к кровати и сочувственно взяла её за руку. Бригитта повернула к Доре измученное лицо и сказала:
- Мальчик. Я родила мальчика.
После этих слов она тихо заплакала. Дора же лишь молча гладила Бригитту по руке.
Потом Дора долго смотрела на спящего младенца, в личике которого уже были видны черты её брата Питера. Она отчего-то боялась даже прикоснуться к нему. Несмотря на понимание того, что скоро она будет объявлена матерью этого малыша, никакого пробуждения материнского инстинкта Дора в себе не нашла.
А его истинная мать погрузилась в какое-то апатичное молчание. Она не сделала попыток навестить сына или поговорить о чём-то с лордом Фредериком, Дорой, или даже кормилицей.
Уже через пару дней странное семейство покинуло поместье в сопровождении Мэри. Таким составом они доехали до городка Ипсвич, в котором граф заселил всех в гостиницу и, вооружившись газетой с местными объявлениями, нашёл новую кормилицу. Здесь дороги путников расходились. Мэри, получив свой заработок, поехала обратно в карете, взятой из занимаемого ими ранее поместья. Фредерик с Дорой в одной карете, и новая кормилица, держащая на руках младенца, во второй, отправились домой уже как семья Фосбери с новорожденным сыном.