- Простите, я должна пойти к ребёнку, - твёрдо сказала она, поднялась и вышла из комнаты, услышав напоследок фразу:
- Вот как раз об этом ребёнке и пойдёт речь.
Мужа Дора увидела лишь на следующий день за завтраком. Он, понимая, что должен как-то объясниться перед ней, сказал лишь:
- Это была моя бывшая жена.
Дора, увидев, что продолжать Фредерик не намерен, спросила:
- Но что она хотела и почему говорила, что речь о ребёнке и касается меня?
- Прости, я пока не готов говорить с тобой об этом, - ответил Фредерик, - Позже я смогу рассказать тебе больше, но сейчас и для меня ситуация неопределённая, а забивать твою голову нерешёнными вопросами я не хочу.
Элизабет была мрачна и молчалива.
- Так что ты говорила вчера, Дора, ты хочешь помочь училищу с верхней одеждой для учениц? - спросил лорд Фредерик, переводя разговор на другую тему.
- Ещё с обувью. Большая часть девочек в училище - босые.
- У тебя есть собственные средства, которые ты никак не используешь. Твой отец в качестве приданого выделил капитал для твоего собственного использования. Скажешь управляющему, сколько он должен выделить тебе денег на эти цели, и всё будет сделано.
Дора написала начальнице училища, чтобы та посчитала и сообщила денежную сумму, которая требуется для того, чтобы обеспечить всех учениц удобной обувью и верхней одеждой, предусмотрев небольшой запас, и сообщила сумму ей, не откладывая это надолго. Вторым письмом она отправила заказ на несколько комплектов принадлежностей для игры в лаун-теннис.
Но мысли Доры постоянно возвращались к посетившей их вчера даме. Зачем она пришла к ним? Следует ли ей, Доре, чего-то опасаться? Не может же эта Элинор знать, что малыш Эдвард не их с Фредериком ребёнок? Нет, конечно она не может быть в этом уверенной, самое большее, она может лишь подозревать это. А значит, никакой угрозы над маленьким виконтом не нависло, это самое главное.
Возможного скандального поведения бывшей жены Фредерика, вытаскивания наружу их старого грязного белья, Дора не опасалась совершенно. Она знала главное - её собственное поведение в браке было внешне вполне безупречным, а о ребёнке Питера и Бригитты вряд ли кто-то сможет когда-нибудь узнать доподлинно. Ведь все посвящённые в это члены двух семей заинтересованы в сохранении строжайшей тайны, и даже если сама Бригитта попытается когда-нибудь разгласить её, у неё не будет никаких доказательств, что именно этот ребёнок - её сын. Уж это лорд Фредерик объяснил Бригитте в первую очередь.
Так Дора успокаивала себя, навещая кормилицу с младенцем и занимаясь с Капризной в конюшне. А в конюшне её ждал ещё один сюрприз. Вороной жеребец графа в стойле напротив стал проявлять к лошадке Доры явный интерес. Он косил на Капризную глазом, фыркал, и периодически пытался встать на копыта задних ног, стуча передними в запертую дверцу стойла. Капризная лишь кокетливо переступала стройными ногами и вежливо тянулась за угощением к руке Доры.
- Это уж как вы скажете, ваше сиятельство, - ответил главный конюх на вопрос Доры, - можем, конечно, и пустить их друг к другу, а можем подыскать вашей лошадке и другого жеребца, чтобы был той же масти, что и она.
- Нет, я не намерена специально заниматься выведением породы. Если они нравятся друг другу, так пусть обзаводятся потомством. Главное только, чтобы этот конь не обидел Капризную.
- Это уж не сомневайтесь, леди, проследим.
В следующие несколько дней лорд Фредерик стал редко бывать дома, выезжал куда-то и вёл активную переписку. К ним в замок леди Элинор больше не приходила, но по выражению лица мужа Дора видела, что связанная с ней проблема, в чём бы она ни заключалась, далека от решения. Лицо Элизабет, в свою очередь, выражало, что говорить на эту тему с Дорой она точно не будет.
За эти дни Дора оплатила счёт, присланный миссис Мелкер, а следом получила и большую посылку с заказанными вещами. Погрузив всё полученное в карету, она выехала в училище.
Там её встречали как героиню. Все ученицы, блестевшие носками новых ботинок из-под платьев, были быстро построены в ряд вдоль коридора, учительницы встали в линию под прямым углом к этой шеренге, торжественная начальница - напротив. Таким образом, Дору как бы окружили всеобщим почтением и восхищением.
- Сегодня я расскажу вам о спортивной игре, которая называется лаун-теннис, - сказала Дора, встав рядом с миссис Мелкер.