Время атаки было определено на полночь. К этому сроку все одновременно должны были приступить к своей части плана. Отсутствие пробок позволило нам быстро добраться до нужной позиции, а далее настало время ожидания. Минуты тянулись невероятно медленно. Напряжение киселем скапливалось в салоне машины. Ректор знатно волновался.
Да и я слегка переживал. Слишком многое стояло на кону… Как минимум — драгоценное время. Нужно было срочно возвращать свое наследие и обрастать настоящей властью. Планы у меня уходили далеко за горизонт местного небосвода. А для хорошего рывка в космос требовалась твердая почва под ногами.
За этими рассуждениями я не заметил, как пропиликал таймер на телефоне.
— Время, господа. — оскалился Марк и вышел из машины.
За ним последовал Николай Павлович. Я же на секунду задержался. Глубоко вздохнув, я очистил свои мысли. Сколько раз уже такое было? Свержение наместников, королей, других власть имущих? Мой послужной список мог растянутся на многие тома, но я всё равно продолжал нервничать… Данная операция была слишком быстро состряпана. Я не привык работать в таких условиях, но делать было нечего. Время играло против меня.
— Ждем сигнала от Бельского и Шинского… — вглядываясь в стекло планшета, сказал ректор.
— Ждем. — согласился я и посмотрел на кремлевские стены. Подсвеченные красной иллюминацией, они хищно поблескивали в темноте. Мы находились на Боровицкой площади, рядом с домом Пашкова, и крупнейший замок Европы был перед нами, как на ладони.
— Пришло сообщение! — разорвал холодную тишину голос Николая Павловича. — Шинские атаковали свои цели. Идет бой.
— Отлично! — улыбнулся Марк Георгиевич.
— Еще одно сообщение! Бельские вступили в игру!
— Ждем… — вперив холодный взгляд в Боровицкую башню, сказал я. Мне хотелось верить, что Нарышкины допустят ошибку, и часть сил бросят на спасение своих активов. Спустя еще полчаса мои надежды оправдались. Несколько десятков черных джипов с мигалками на крышах выехали со стороны Кремля…
— Вот теперь можно идти. — бросил я и первым сделал шаг в сторону красного замка. — Ваш выход, Николай Павлович!
— Сейчас-сейчас! — рассеянно буркнул ректор и засеменил к воротам крепости.
Мы же с Марком притворились обычными подвыпившими прохожими и направились спешным шагом к Троицкой башне. Наш путь пролегал через парк, и спустя несколько минут мы оказались под Троицким мостом. Камеры замка нас тут же засекли, но было уже поздно.
Со стороны Боровицкой башни грянул гром. Ректор бахнул чем-то монструозным из арсенала магии земли! Гигантская скала влетела в магический барьер замка и порвала его в клочья. По цепной реакции барьер над кремлем стал развеиваться пеплом.
— Пошли? — отпив из фляги, спросил меня Мидлер.
— Рано. Подожди… Сейчас Николай Павлович шороху наведет, и пойдем.
Ректор развлекался на полную катушку. Откуда не возьмись потянулись гигантские толстые лианы. Они атаковали гвардейских магов, сворачивая каждого несчастного в кокон. Никого из служивых мы убивать не хотели. Старались сделать всё чисто и без жертв.
Из-за стены заорала сирена тревоги. И на главу академии Брюса посыпался самый настоящий ад из артефактных пуль, монструозных плетений и прочей опасной мерзости.
— Он точно выдержит? — бросив взгляд в сторону Боровицкой башни, спросил я Марка.
— Он лучший спец в России по оборонным заклинаниям! — оскалился Мидлер. — Не выдержит, значит, зря учился! И мои люди тоже наготове! Они у Спасской башни ждут сигнала.
— Тогда, думаю, что нам пора начинать следующую фазу вторжения…
С этими словами, я напитал ноги Властью и в один прыжок оказался на Троицком мосту. Марк поднялся вслед за мной на своей воздушной платформе. Чеканя шаг, мы направились к воротам замка. Часть патрульных остались на своих местах и с опаской поглядывали в сторону разбушевавшихся стихий. Они бы и рады были помочь своим соратникам, но покинуть пост не могли.
— Салют, парни! — хищно улыбнулся Марк служивым. — Сегодня вы свободны!
— В честь чего такие милости? — нахмурился усатый гусар и направил в нашу сторону артефактную винтовку.
— Дык, сам император директиву выдал! — легкомысленным тоном сказал гвардейцу Мидлер.
— Еще шаг! И прострелю башку! — гусар нажал на курок, и пуля выбила кусок плитки возле наших ног. — Многие крысы сегодня сбежали… Но мы служим Нарышкинам не одно поколение! Мы не уйдем!