Данилида заявила трёх лошадей и двух наездников. Василию опять предстояло скакать на Вакхе, а во втором заезде - на Тавроне. Но в ту пору это было не принято: каждый наездник выступал на одной лошади. Однако император Михаил пошёл навстречу «царице» и дал своё согласие, но предупредил, когда Данилида приехала в Адрианополь:
- В случае победы я выкуплю у тебя того наездника. Сколько бы он ни стоил, заплачу золотом.
- Я своих рабов не продаю, - с холодной улыбкой ответила «царица».
Император был обижен вызывающим ответом Данилиды, но не показал своей обиды. Он затаил её.
На скачках, смотреть которые собрался весь Адрианополь и сотни любителей скачек из Константинополя, всё получилось так, как задумала Данилида. В первом заезде победил на пятнадцати стадиях Вакх с наездником Василием, а во втором - на десять стадиев - Василий позволил одержать победу Таврону. Император Михаил был взбешён. После заездов он прибежал в конюшню со сжатыми кулаками, чтобы наказать обидчика. Михаил счёл, что в его поражении виновен только наездник Василий. Но, найдя того возле лошадей, увидев перед собой красавца, Михаил опустил кулаки. Осмотрев Василия с головы до ног, он спросил:
- Откуда ты такой неповторимо-божественный?
Питая какую-то смутную надежду на свободу, Василий сказал:
- Я родился и рос в Дорищах рядом с Адрианополем. Да было мне лет семь, когда нас, нескольких подростков, похитили с пастбища болгарские разбойники и продали в рабство. Так я попал к Данилиде, где вот уже десять лет служу табунщиком.
- Выкуплю я тебя у Данилиды, никаких денег не пожалею, - загорячился император. - Сейчас же иду!
- Спасибо, Божественный. Будет за кого молить Бога моим детям и внукам, - ощутив в душе радость, ответил Василий.
- И коня выкуплю. Запомнил твоего Таврона! - Император похлопал Василия по плечу и добавил: - Жди свободы! - И ушёл.
Когда же Михаил встретился с Данилидой и завёл разговор о Василии, она весело засмеялась.
- Это же Адонис - божество. А богов не продают, Багрянородный.
- Он мой подданный, а ты его держишь в рабстве!
- Он язычник, и я купила его у болгар.
- У разбойников!
- Я их не видела.
Спор императора и «царицы» ни к чему не привёл, и Данилида покинула Адрианополь. А на третью ночь, когда остановились на отдых в селении неподалёку от городка Филиппы, Василий сбежал от Данилиды. За ним пустились в погоню и догнали бы, но его спас быстроногий Таврон. Василий знал, куда направить свои стопы. Он ехал в Константинополь и верил, что император Михаил даст ему приют. Спустя несколько дней он добрался до столицы. Он подъехал к ней в полночь голодный, усталый, вымокший под осенним дождём. Постучав в ворота, он попросил стражей впустить его в город. У него справились, кто он и откуда. Василий ответил, что ведёт к императору коня-победителя на последних скачках в Адрианополе. Стражи, рассмотрев при свете факела пегого одра, засмеялись.
- Коршунам на корм отведи своего «победителя», - сказал старший страж. - Да проваливай подальше, пока цел.
Василий не знал, куда деться. Денег у него не было, чтобы заплатить за постой на гостином дворе, и он отправился на кладбище, которое недавно проезжал. Там он нашёл старый дуб и устроился под ним на сухой листве бок о бок с конём.
Днём Василий беспрепятственно въехал через восточные ворота в город, ведущие к большому рынку, миновал его и вскоре подъехал к воротам Магнавра. Когда гвардейцы императора спросили, зачем он явился к дворцу, Василий ответил, что привёл победителя на скачках в Адрианополе. Гвардейцы не осмеяли Василия. Они слышали от своих сотоварищей, которые побывали в Адрианополе, о том, как лучших императорских скакунов опередил какой-то пегий горбоносый жеребчик. Один из гвардейцев осведомился:
- И что, этот одер победил императорскую чёрную стрелу?
Василии сказал, что всё так и было. Гвардейцы посмеялись и передали Василия подошедшим дворцовым гвардейцам.
В это утро император Михаил был не в духе. Болела голова после торжества, придуманного по его прихоти. Он не захотел видеть Василия, велел отвести его на конюшню и поставить к лошадям.
- Да смотри, чтобы не сбежал куда, как от Данилиды, - предупредил император логофета дворца.
Так началась служба Василия в Магнавре. Но приблизились новые скачки, уже в Константинополе, и Василий в двух заездах выиграл их на своём Тавроне. Император Михаил торжествовал. Он возвёл Василия в герои. Тот получил титул главного наездника императорской конюшни. Шло время, и благодаря своему уму и деловитости Василий стал быстро подниматься в чинах. «Здесь он возбудил внимание императора Михаила III и скоро был призван к высшим государственным должностям», - писали хронисты той поры.