Не меньшую ненависть в связи с венгерскими событиями вызывал в народе и молодой император. А мадьярская графиня Каролия, чей сын также пал жертвой австрийцев, даже осмелилась произнести в его адрес проклятие: «Пусть небеса и ад уничтожат его счастье. Род его пусть исчезнет с лица земли. А у него самого пусть смерть заберет тех людей, которых он больше всего любит! Пусть руина завершит его жизнь, а его детей постигнет ужасный конец!» Трудно не поверить в мистическую силу этого проклятия – ведь все, что напророчила несчастная графиня, не только полностью сбылось в дальнейшей судьбе Франца Иосифа, но в течение последующих пятидесяти лет отразилось на существовании главной ветви династии Габсбургов, практически уничтожив ее.
Дебют на политической арене
Обширная образовательная программа, по которой учили Франца Иосифа, вполне соответствовала его высокому рангу и успешно подготовила его к исполнению отведенной ему роли на политическом Олимпе империи. Становлению же характера Франца Иосифа во многом способствовала волевая и династически устремленная великая княгиня София. Система его ценностей была предельно проста: сознательная дисциплина, приверженность к авторитарным методам абсолютно во всем, даже в семейных делах. Тот формализм, граничивший с педантизмом, с которым Франц Иосиф относился к мелочам этикета во всех без исключения ситуациях, был вполне в духе вековых традиций Габсбургов. Почетное и важное место в его системе ценностей занимала безоговорочная преданность династии и католической церкви. Основополагающими величинами для него всегда оставались династия, армия, церковь и вероисповедание, которые в его понимании были не отделимы от государства, поэтому на протяжении всей своей жизни Франц Иосиф сохранил сильное пристрастие ко всему военному.
Что касается политического мировоззрения молодого монарха, то самое глубокое воздействие на него оказали труды Карла Людвига фон Брука. Их предметом была великогерманская экспансия из Центральной Европы на юго-восток. Эта фантастическая теория стала юношеской мечтой Франца Иосифа. Однако немецкая политика была для него той сферой, в которой все вопросы должны были решаться исключительно между назначенными князьями кабинетами министров. Его основополагающим критерием для выбора решений являлись монархические интересы. Вера Франца Иосифа в политический вес правящих монархов и их солидарность нередко приводила его к переоценке возможностей, связанных с личными встречами и договоренностями.
Поначалу юный император в силу своей молодости и неопытности находился в роли ученика, которому чисто формально принадлежала прерогатива принятия решений. Но по прошествии довольно короткого времени он начал сам принимать участие в большой политике. Сначала он постигал те политические инициативы, которые разрабатывал и развивал совет министров и его председатель Альфред Виндишгрец. Но поскольку Франц Иосиф был порождением революции 1848 года, которая фактически и возвела его на трон, то шок, полученный им в юности, сделал его относительно гибким политиком. Воспоминания об опасностях, связанных с нависшей над троном угрозой, делали его беспокойным и напористым. Веления времени заставляли молодого монарха делать то, что ему было не слишком близко и интересно.
Казалось, с приходом нового императора Австрия вновь обрела былое могущество и величие. Ее армия была одной из самых больших и сильных в Европе. Осознание этого наполняло представителей династии Габсбургов гордостью, они вновь воспряли духом и почувствовали себя выше других. Показательным в связи с этим стало отношение Франца Иосифа к новому правителю Франции императору Наполеону III. Французский император прислал ему официальное приглашение по случаю своего вступления на престол. В ответном письме Франц Иосиф велел вычеркнуть из обращения слово «брат» и заменить его простым «господин». Этот факт вызвал недовольство у французского королевского двора и правительства. Отныне Наполеон III стал заядлым врагом Австрии и Габсбургов.