К любовной связи Франца Иосифа с Катариной австрийцы относились спокойно. Забавные истории и анекдоты, которые придумывали на эту тему в народе, были скорее смешными, чем злобными. И только дочери Франца Иосифа относились к любовным похождениям отца иначе. Гизела и Валерия неоднократно говорили ему, что эта связь бросает тень на всю императорскую семью, что такое поведение главы империи недостойно и вредит им. Но 70-летний император был тверд как скала, он не мог и не хотел предавать свою любовь.
Однажды Катарина получила оскорбительное анонимное письмо. Она собрала вещи и уехала в Брюссель, оттуда – в Баварию, а затем в Рим. В Риме она добилась аудиенции у папы и получила его благословение на расторжение брака со своим мужем, бароном Киссом. После этого стали ходить слухи о ее возможном скором морганатическом браке с Францем Иосифом (к этому времени Елизаветы уже не было в живых). Но этого не случилось. Престарелый монарх просто любил эту уже немолодую женщину, так же как и она его, и ничего другого им не было нужно.
Катарина находилась рядом с Францем Иосифом в течение долгих тридцати лет. Это было время их тихого счастья. Актриса не вмешивалась ни в государственные дела императора, ни в придворную жизнь. Она ни разу не позволила использовать свои отношения с венценосной особой для решения проблем других людей. Но, кто знает, смог бы Франц Иосиф достичь столь преклонного возраста и без малого 70 удерживать в своих руках бразды правления империей без любви и поддержки этой женщины.
Мексиканская авантюра Максимилиана и другие трагедии
Четыре важных в истории Австрии года – 1859-й, 1866-й, 1870-й и 1878-й (год начала российско-турецкой войны) – наглядно показали династии Габсбургов, что ей нечего искать в Италии и Германии. Стало понятно, что будущее империи находится на Балканах, и начиная с 1878 года австрийская политика стала развиваться именно в этом направлении.
Австрия предприняла попытку взять под свое покровительство славянские народы Турции. Однако здесь ее главным соперником была Россия. Но если та двигалась в направлении Константинополя, то Габсбургов интересовали Салоники. Первым наглядным шагом такой политики стал тайный договор 1878 года, подписанный на Берлинском конгрессе. Согласно ему, австрийская империя аннексировала Боснию и Герцеговину. Для захвата этих славянских земель Франц Иосиф направил туда 200-тысячную армию с 480 пушками. Такой силе местные партизаны оказать сопротивление не могли.
Сложные внешнеполитические события 1870-х годов для Франца Иосифа усугубились сразу несколькими семейными трагедиями. И первой среди них стало убийство мексиканскими повстанцами младшего брата Франца Иосифа, великого князя Максимилиана. Поначалу он был вице-королем Ломбардии и Венеции. Чтобы склонить итальянцев на сторону Австрии, он правил осторожно и спокойно. Но, несмотря на это, итальянцы ненавидели австрийских оккупантов. К примеру, когда Максимилиан со своей женой Шарлоттой выходил в Венеции на площадь Святого Марка, то за несколько минут до этого венецианцы спешно покидали ее, чтобы не видеть ненавистную чету. Франц Иосиф понимал, что брату было не под силу справиться с напряженной обстановкой в итальянских владениях, и отозвал его в Вену. Но Максимилиан обиделся на него за это и удалился на остров Мирамаре в Средиземном море. Здесь он занялся сочинением стихов и политических трактатов. Возможно, что Максимилиан спокойно и дожил бы свой век за этим любимым занятием, если бы не его жена Шарлотта. Она была дочерью бельгийского короля, и ее снедало честолюбие: она не представляла своей жизни без трона. Шарлотта мечтала о том, чтобы вновь надеть королевскую корону на голову мужа. Вскоре такой случай подвернулся, но не в Европе, а в далекой Америке.
В то время у Мексики были немалые долги перед Францией, Англией и Испанией. Правивший там президент Бенито Хуарес отказался их платить. Тогда влиятельные мексиканские эмигранты, чтобы навести порядок на родине, предложили создать в Мексике монархическую форму правления. С этой идеей они отправились в замок Максимилиана на острове и предложили ему возглавить будущую монархию. Великий князь, хотя и считал, что Европа в то время была «бедной, жалкой и медленно разлагающейся», большого воодушевления от такого предложения не испытал. Словно предчувствуя трагический конец этой авантюрной затеи, он ответил отказом. Но тут в дело вмешалась честолюбивая Шарлотта, и Максимилиан передумал, заявив мексиканской делегации, что готов занять престол, но только после проведения референдума об учреждении мексиканской монархии. Когда этот плохо организованный и сфальсифицированный референдум продемонстрировал мнимый перевес голосов сторонников монархии, эрцгерцог дал свое согласие и принял мексиканскую корону.