— Миледи переоценивает мои способности.
— Вот как? Но вчера мой муж отнесся к тебе очень нежно, или мне показалось?
Она словно намеренно повторяла «мой муж, мой муж», причиняя мне почти телесную боль. Почему же мне так тяжело от этого? Какая мне разница, кому принадлежит дракон? Ингунде, ее сестре или этой пышнотелой женщине?
Не дождавшись ответа, Маризанда продолжала:
— Чем же ты его так очаровала? Я не вижу в тебе особой красоты… в отличие от некоторых, — тут она бросила полный презрения взгляд на конкубин, которые еще ниже склонили головы, демонстрируя покорность. — Или в монастыре обучают каким-то тайным штучкам? Как привязать мужчину?
— Простите, я не понимаю вас…
— Она околдовала милорда, — сказала Ингунда. — Она колдунья, миледи.
— Колдунья? — Маризанда окинула меня взглядом с головы до ног. — Это вряд ли. Слишком молода. Сколько ты сказала тебе лет?
Я повторила.
— И тебя зовут Виенн? — последовал новый вопрос.
— Да, миледи.
— Имя не для простолюдинки. Кто тебя так назвал?
— Моя матушка, миледи. Она была дочерью бедного рыцаря, — сказала я полуправду.
— И нищие мнят себя благородными, — фыркнула Маризанда. — Что ты делаешь с моим мужем?
— Простите? — я удивленно посмотрела на нее.
— Глаза опусти! — взвизгнула маркграфиня, схватив со стола блюдце и швырнув в меня.
[1] Маризанда — имя, образованное от латинского словосочетания «морская волна»
43. Морская волна (часть вторая)
Блюдце пролетело в четырех пальцах от моей головы и ударилось в стену, разлетевшись мелкими осколками. Конкубины наклонились еще ниже, слуги съежились, отступая, и только мне некуда было спрятаться, я так и осталась стоять перед Маризандой, но благоразумно опустила глаза, чтобы не раздражать ее еще больше.
Принесли шкатулку, и миледи безжалостно вывалила все содержимое на стол. Пробка из флакона с розовым маслом вылетела, и масло пролилось, благоухая, как райский сад.
— Не поскупился, — сказала Маризанда с деланным смешком, и желчно добавила: — Чем же ты заслужила такой щедрый подарок, Виенн? С усердием читала моему мужу по ночам псалмы?
Дамы из ее окружения услужливо захихикали.
— Это не подарок… — снова начала я, но замолчала, когда маркграфиня, потемнев лицом, потянулась за очередным блюдцем.
— И розовое масло, и кармин, — Маризанда отшвырнула коробочку с румянами. — А это что? — она вертела в пальцах щеточку на резной костяной ручке.
— Это чтобы причесывать брови, — пояснила я. — Чтобы волосок лежал к волоску. Если миледи желает, я могла бы и вас накрасить…
— Накрасить?! Ты за кого меня принимаешь, ничтожество? — прикрикнула она. — Взгляни, разве я нуждаюсь в красках?!
— Вы приказывали не поднимать глаз, миледи, — тотчас ответила я.
— Разрешаю посмотреть, важно произнесла она.
Мне ничего не оставалось, как посмотреть ей в лицо. Она была права — она не нуждалась в искусственных красках. Небеса одарили ее почти чрезмерной яркостью — и чернотой бровей и ресниц, и пламенным румянцем, и алостью губ.
— Так что, картинка не нуждается в художнике? — съязвила миледи.
— Вы правы, — согласилась я. — Там, где трудился божественный художник, человеческим рукам делать нечего.
Она осталась довольна и занялась шкатулкой.
— Все же, странный подарок для монашки, — Маризанда разбрасывала щеточки и костяные ложечки, и вдруг рука ее замерла, а потом медленно достала кольцо с изумрудом. — А это что?! Это изумруд?! Он подарил тебе кольцо с изумрудом? Отвечай!
— Это не подарок, — быстро произнесла я, чтобы она не успела меня перебить. — Это кольцо принадлежит мне.
— Она все лжет, — встряла Ингунда. — Она сама говорила мне и сестре, при слугах, что шкатулка — подарок милорда. Наверное, и про кольцо лжет.
— Тебя не спрашивала, — одернула ее маркграфиня и заговорила со мной. — Вот это кольцо принадлежит тебе? В самом деле? — она залилась визгливым пронзительным смехом, и дамы ее поддержали. — Ты кто такая? Королева южных земель? Откуда у оборванки вроде тебя подобные драгоценности? Признайся, что украла, и я даже не прикажу тебя выпороть.
— Это и в самом деле мое кольцо, миледи, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие. — Кольцо принадлежало моему отцу, это единственное, что осталось мне от него по наследству.
— Кольцо с изумрудом по наследству? О-очень интересно, — протянула Маризанда, гладя на камень против света. — Оно такое дорогое… Один камень чего стоит, не говоря уже об оправе. Красное золото сейчас в цене.