— Приятно посмотреть на красивую, нарядную и услужливую женщину, — похвалил ее дракон, и в его голосе я ясно уловила насмешку. — Налей мне вина и разрежь яблоко.
Я смотрела, как Арнегунда подходит к рукомойнику, ополаскивает руки и с обреченностью возвращается, отыскивая нож. На столе стояла чашка с яблоками — огромными, желтыми, пахнущими райскими кущами и солнцем. Конкубина взяла одно и неумело разрезала, с поклоном протянув одну половинку яблока дракону. Тот взял и крепко вгрызся в него, не сводя с меня глаз, а Арнегунде приказал:
— Вино разбавь водой. Сегодня я не хочу пьянеть, — пока она возилась с кувшином, дракон обратился ко мне. Голос у него был тягучий, как патока, но слаще от этого не становилось. — А ты, сестра Виенн, — сказал он, с хрустом откусывая яблоко, — так и будешь стоять в обнимку с ящиком? Он нравится тебе больше, чем я? Поставь его.
На деревянных ногах я подошла к столу, где Арнегунда только закончила смешивать воду и вино. Поставив шкатулку, я не спешила отнимать от нее руки, как будто это могло меня спасти.
— А тебе, Арнегунда, — дракон махнул в сторону конубины огрызком, — тебе этот ящик тоже нравится больше меня?
Она вздрогнула и чуть не опрокинула бокал, куда наливала напиток, а я подумала — почему были выбраны я и она? и почему дракон заговорил о шкатулке с красками? что-то узнал о краже?
Наверное, подобные мысли пришли и Арнегунде, потому что она поспешно замотала головой и ответила, стараясь улыбаться приветливо:
— Нет, милорд, конечно же, вы приятны мне больше всех.
Сказала — и замолчала. Было слышно только, как льется в бокал струйка вина и потрескивает масло в светильнике.
— Вы что-то приуныли, красотки. Чем-то недовольны? А по мне, нет более приятного общества.
— Не знаю, что вы задумали, милорд, — сказала я, по-прежнему держась за шкатулку, — но мне это совсем не по душе. Да и госпоже Арнегунде тоже.
— Ты поднаторела еще и в чтении мыслей? — изумился дракон и тут же позвал: — Арнегунда!
— Я подчинюсь любому вашему желанию с радостью, мой господин! — затараторила она, поднося ему бокал.
— Тогда раздевайся и иди в постель, — сказал дракон, принимая бокал и сразу отпивая больше половины. — Терпеть не могу ложиться на холодные простыни.
— Господин?.. — прошептала Арнегунда.
Я стояла, не веря своему слуху — вот такое развлечение?! А что он потребует потом? Чтобы разделась я? И неужели Арнегунда подчиниться?!
— Чего ждешь? — спросил дракон уже без усмешки. — Раздевайся — и в постель. Повторить еще раз? — глаза его загорелись, и губы сжались в узкую полоску.
Арнегунда всхлипнула и подняла руки, чтобы расстегнуть ожерелье, лежавшее поверх платья.
— Украшения не снимай! — тут же приказал дракон.
Конкубина испуганно кивнула и потянула вязку платья.
— Золото тоже греет, — пояснил дракон, наблюдая, как она распутывает шнуровку на груди, развязывает тесемки на рукавах и снимает платье, оставаясь в длинной, до пят, шелковой рубашке — такой тонкой, что ткань не скрывала ни одного изгиба молодого и сильного тела. — Лежишь на золоте, — продолжал разглагольствовать Гидеон, потягивая разбавленное вино, — и как будто само солнце лежит под тобой.
Я следила за всем этим с ужасом, вцепившись в шкатулку до боли в пальцах.
— Рубашку тоже снимай, — ласково напомнил дракон, потому что Арнегунда замерла перед ним, прижимая ладони к щекам.
Золотые кольца и браслеты сияли на этих красивых холеных руках, никогда не знавших работы тяжелее, чем вышивание.
— Позвольте, я лягу, — попросила конкубина, — и тогда уже… сниму рубашку.
— Снимай сейчас, — не позволил дракон. — Давно ли ты стала такой скромницей? Я уже сто раз видел тебя голой, и ты не особенно смущалась.
Понурившись, Арнегунда потянула вверх подол рубашки.
Я попятилась к двери, стараясь ступать неслышно, чтобы не привлекать внимания хозяина комнаты. Но дракон сразу же заметил, хотя до этого смотрел на конкубину.
— Куда это ты, Виенн? — мягко позвал он. — Я не давал тебе разрешения уйти.
— Невозможно смотреть на это, — еле выговорила я. — И я не буду… не буду…
— Стой на месте, — приказал дракон, отставляя кубок и ткнув в мою сторону пальцем. — А ты раздевайся быстрее! Сколько ждать?
От его окрика Арнегунда ахнула и одним махом стащила с себя рубашку. Дракон оглушительно захохотал. Под шелковой рубашкой обнаружилась еще одна — до колена, без рукавов, полупрозрачная, почти не скрывавшая женские прелести. К ее подолу крепились ленты, поддерживавшие шелковые чулки.