— Ее мать была драконом, а отец был из эльфов, — доверительно объяснил старый Юге. — Благодарю за пышки, очень вкусные.
Он взял метлу, бормоча под нос, а я ушла на цыпочках. И в самом деле, в голове у него больше сора, чем во дворе замка — то эльфы, то феи, то драконы. Какая ерунда. Но ноги сами понесли меня в Восточную башню.
Башня Королевы? Читая хроники Гранд-Мелюз, я пару раз натыкалась на это название, но не знала, что говорится именно о Восточной башне. Поднимаясь по ступеням, я думала, что Гидеон не зря летает в облике дракона именно отсюда — здесь и лестница была шире, и верхняя площадка была открытой, с низкими зубчатыми стенами. В моем понимании — то, что нужно дракону.
На верхней площадке давно не убирали — я даже не стала проходить дальше порога, и так ясно, что если призрак Мелюзины и появляется на этом свете, то точно не здесь. Голубиный помет, комья красной глины, прошлогодние листья вперемешку с сором — какая уважающая себя благородная дама, пусть даже давно превратившаяся в беспокойного духа, станет бродить в такой грязи?
Я вернулась к себе и достала, наконец-то, монастырские книги. Еще до моего неудачного бегства я рассмотрела их и была удивлена, что сестра Летиция положила для меня не Писание и не молитвослов, а «Альмагесты» — перечень древних созвездий с картами их расположения, и книгу старинных блюд, изобретенных аббатом Ребелу, которого прозвали «Папой поваров». В монастыре Святой Пучины часто готовили по этим рецептам. Нет, постящиеся монашки сами не лакомились старинными блюдами — всё предназначалось на продажу и раскупалось по очень высокой цене. Конечно, в моей книге не было рецепта знаменитого ликера «Господу всеблагому», который включал в себя двадцать семь ингредиентов — травы и специи, начиная от корицы, лимонной цедры, ванили и гвоздики и заканчивая мятой и шалфеем, потому что рецепт хранился в строжайшей тайне уже лет восемьдесят и охранялся самим Святым Папой, который грозил страшным проклятьем тому, кто осмелится раскрыть секрет. Но зато я нашла подробное описание приготовления мясного супа, который полагалось давать ослабевшему после болезни, и еще один интересный рецепт…
Для того чтобы взять из кухни продукты и что-то готовить из них, требовалось спросить разрешения у старшей конкубины, но я сказала, что разрешение получено от самого дракона, и повара не осмелились отказать. Правда, я не сомневалась, что об этом сразу же будет доложено Ингунде.
— Мне понадобятся самые свежие яйца, лучший мёд, сыровяленый окорок и кое-какие приправы, — попросила я, подавая список главному повару.
Тот прочитал, удивленно потер подбородок и уточнил:
— Госпожа предоставит рецепт? Что готовить из этого?
— Всё приготовлю я сама, — сказала я, чем повергла его в еще большее удивление, — просто достаньте продукты. Меня интересует окорок, который не коптили, с толстыми прожилками сала.
— Не копченый?
— Копчение ухудшит вкус.
— Что вы стоите столбом? — возмутилась Фрида, появляясь за моей спиной. — Мастер Стрюм! Вы повар или исповедник? Вам сказали — делайте, нечего расспрашивать!
Я только улыбнулась, когда под этим напором мастер Стрюм ретировался в кладовые, но Фрида уже допрашивала меня:
— С чего это вы решили готовить? — спросила она подозрительно. — Вам не нравится, как вас кормят?
— Все очень хорошо, но сегодня суббота, и я хочу приготовить для милорда особое блюдо.
— Для милорда?! — ахнула она.
— Да, — ответила я спокойно, — для него. И мне может понадобиться ваша помощь, потому что я еще не знаю, что потребуется милорду. Могу ли я рассчитывать на вас после полудня?
Служанка заверила, что будет к моим услугам весь день до вечера. Я видела, что ей не терпелось поговорить о вчерашнем представлении, но сейчас меня меньше всего интересовали театр и куклы.
С замиранием сердца я ждала колокольного звона в полдень, и с первыми ударами уже стояла возле драконовой спальни. Что я сейчас увижу? Что ожидает меня там, за порогом?..
Дверь оказалась не запертой, и я вошла в полутемную комнату, с затворенными ставнями, и услышала тихий плеск воды.
— Милорд, это Виенн, — позвала я. — Я могу зайти к вам?
— Виенн, это милорд, — ответил он язвительно из смежной комнаты. — Конечно, можешь зайти. Я ведь не зря оставил всё нараспашку.
Новый плеск воды, и я осторожно приподняла занавес, скрывающий купальню.
Здесь тоже царил полумрак, и сначала я разглядела только бледное лицо Гидеона, плечи и руку, переброшенную через край ванны. Ничего ужасного… Он такой же человек… Может, все разговоры о превращении — пустая болтовня? Осмелев, я шагнула к ванне, и тут Гидеон пошевелился, поднимаясь из воды повыше.