Она бросила последний взгляд на лежащее тело. Теперь он был для неё не врагом, не угрозой, а просто отработанным материалом. Эпизодом. Ступенькой, о которую она споткнулась, но которая в итоге помогла ей подняться.
Она развернулась и пошла к выходу из переулка. На этот раз её шаги были быстрыми, уверенными.
Глава 2
Широкая улица встретила её гулом, который можно было бы назвать пульсом города, если бы этот город не страдал от тяжелой формы аритмии. Тосака Рин вышла из тени переулка, словно актриса, вступающая на сцену провинциального театра: декорации были дешевыми, освещение — отвратительным, а массовка — безнадежно унылой.
Она остановилась, позволяя потоку пешеходов обтекать её, словно река огибает камень. Её взгляд, острый и анализирующий, сканировал окружающее пространство, разбивая хаос уличной жизни на понятные категории и переменные.
Вывески.
Они были кричащими, но лишенными той цифровой утонченности, к которой привык глаз жителя двадцать первого века. Неон, мигающий с раздражающей частотой, грубо намалеванные буквы, пластиковые короба, внутри которых тускло светились лампы накаливания. «Fish & Chips», «Video Rental», «The King’s Arms». Никаких экранов и светодиодов — технологий, ставших обыденностью в её времени — здесь не наблюдалось. Это была эпоха аналоговых сигналов и физических носителей.
Рин поморщилась. Эстетика этого времени оскорбляла её чувство прекрасного.
Она перевела взгляд на витрину магазина бытовой техники. Громоздкие телевизоры с кинескопами, занимающие половину прилавка, кассетные плееры, которые выглядели как кирпичи с кнопками, и полное отсутствие чего-либо, напоминающего персональные коммуникаторы. Для мага, привыкшего полагаться на собственные силы, технологии были лишь удобным инструментом, но их отсутствие создавало определенный дискомфорт. Это означало, что информационное поле здесь было медленным и труднодоступным.
— Добро пожаловать в каменный век, Рин, — прошептала она себе под нос.
Взгляд скользнул дальше и зацепился за объект, который окончательно расставил все по местам.
Телефонная будка.
Знаменитые красные будки Лондона, Kiosk No. 6, если её память не изменяла ей в вопросах истории дизайна. В её времени они были скорее туристическим аттракционом, рудиментом эпохи, сохраненным ради колорита. Здесь же они были функциональной необходимостью. Рин видела, как люди заходят внутрь, опускают монеты в слот и говорят в трубки, привязанные металлическими шнурами к аппаратам.
Очередь. К телефону стояла очередь из трех человек.
Это зрелище вызвало у Рин смесь ностальгии (которую она тут же подавила как непродуктивную эмоцию) и раздражения. Коммуникация, ограниченная физической точкой доступа. Никакой мгновенной связи, никакого глобального покрытия. Если ей понадобится связаться с кем-то на расстоянии, придется искать такую будку и надеяться, что она не сломана и не пахнет мочой.
«Перемещение не только в пространстве, но и во времени. Или в параллельную ветвь, где технологический прогресс замедлен. Мои знания могут оказаться бесполезны, а мои деньги…» — размышляла Рин.
Она коснулась кармана, где лежала пачка купюр, изъятых у незадачливого грабителя.
К счастью, деньги были универсальным эквивалентом энергии в любом мире, где существовала цивилизация. Бумага могла менять цвет и размер, но принцип обмена оставался неизменным.
Рин глубоко вдохнула, фильтруя легкими тяжелый, влажный воздух Лондона, и направилась к газетному киоску, который приметила ранее.
Продавец, пожилой мужчина с лицом, напоминающим печеную картофелину, сидел внутри своей маленькой крепости из печатной продукции, окруженный стенами из таблоидов и журналов. Он даже не поднял глаз, когда Рин подошла к окошку.
— Карту Лондона, — произнесла она. Её английский был безупречен, с легким, едва уловимым аристократическим акцентом, который ставили в лучших частных школах. — Подробную. С указанием районов и транспортных узлов.
Киоскер лениво потянулся к полке и выложил перед ней сложенную брошюру.
— Три фунта пятьдесят, мисс.
Рин извлекла из кармана одну из банкнот. Двадцать фунтов. Она протянула её мужчине, стараясь не касаться его пальцев.
Киоскер, увидев купюру, нахмурился, словно она предложила ему расплатиться золотым слитком. В этом времени, очевидно, двадцать фунтов были куда более весомой суммой, чем Рин привыкла считать. Он начал возиться с мелочью, отсчитывая сдачу.
Рин терпеливо ждала. Её лицо оставалось непроницаемым, как маска, но внутри она вела подсчет. Время транзакции: сорок пять секунд. Неэффективно.