И, глядя на развевающееся под порывами ветра красное пальто профессора Тосака, он думал, что этот дьявол, по крайней мере, будет на его стороне. Пока у него есть золото.
— Ну и дела, — прошептал он. — Рон не поверит.
Дорога от замка к деревне Хогсмид представляла собой извилистую ленту, проложенную сквозь слегка заснеженный пейзаж. «Ноябрьская» погода в Шотландии была отвратительной смесью мокрой осени и наступающей зимы. Основная масса студентов, галдящих и толкающихся, устремилась вперед плотным потоком, напоминающим миграцию грызунов. Тосака Рин, однако, выбрала иную тактику.
Она не смешалась с толпой. Она выдержала паузу, позволив основной массе удалиться на полсотни метров, и только затем кивнула своему подопечному.
— Идем, Поттер. И держи дистанцию в два шага справа и чуть позади от меня. Это оптимальная позиция для прикрытия, не ограничивающая мой вектор обстрела.
Гарри послушно занял указанное место. Он выглядел напряженным. Его голова то и дело поворачивалась, взгляд метался от кромки Запретного леса к нависающим скалам. Его рука постоянно ныряла в карман мантии, нащупывая волшебную палочку.
Рин шла размеренно, её сапоги (зачарованные для лучшего сцепления с обледенелой дорогой) оставляли четкие следы на снегу. Она не вертела головой. Ей это было не нужно.
Её восприятие было развернуто сферой радиусом в тридцать метров. Пассивный сканер, настроенный на возмущения маны и враждебные намерения.
— Прекрати дергаться, — произнесла она, не меняя темпа ходьбы. — Ты привлекаешь внимание. Паранойя полезна, когда ты сидишь в засаде, но на открытой местности она делает тебя похожим на испуганного кролика.
— Но Блэк… — начал Гарри, снова оглядываясь через плечо. — Говорят, он где-то рядом. А здесь нет стен замка.
— Расслабься, — голос Рин был холоден и уверен, как сталь клинка. — Если кто-то решит напасть, я узнаю об этом раньше, чем он закончит формулировать мысль об атаке в своем мозгу.
Гарри посмотрел на неё с недоверием.
— Вы умеете читать мысли на расстоянии?
— Легилименция требует зрительного контакта. Я говорю о другом. О намерении.
Рин остановилась на секунду, чтобы поправить шарф, и использовала эту паузу для короткой лекции.
— Любое действие, особенно агрессивное, начинается с импульса. Выброса энергии. В восточных практиках это называют «Жаждой убийства» или Sakki. В западной магической традиции это классифицируется как возмущение эфирного фона. Когда человек готовится ударить, его аура меняется. Она уплотняется, концентрируется, выбрасывает вектор атаки еще до того, как мышцы начнут сокращаться.
Она посмотрела на Гарри, который слушал её, раскрыв рот.
— Вы, местные волшебники, слишком полагаетесь на зрение и слух. Вы ждете, пока увидите врага или услышите Avada Kedavra. Это ошибка. Глаза можно обмануть иллюзией, уши — заглушающими чарами. Но возмущение маны при подготовке заклинания скрыть невозможно, если только маг не является мастером, способным полностью подавлять свое присутствие. Блэк, после двенадцати лет в Азкабане, вряд ли сохранил такой контроль. Он безумен, а безумие — это хаос. Хаос звенит в эфире, как колокол.
— То есть… вы почувствуете его? — уточнил Гарри.
— Я почувствую искажение, — поправила Рин. — Любой, кто войдет в мой периметр с намерением причинить вред, засветится на моем «радаре» как «красная точка». Так что прекрати вертеть головой и смотри под ноги. Сломать шею на льду сейчас вероятнее, чем получить проклятье в спину.
Они продолжили путь. Гарри действительно перестал оглядываться каждые пять секунд, хотя напряжение в его плечах не исчезло полностью.
Дорога огибала холм, и перед ними показалось одинокое, ветхое строение, стоящее на отшибе, чуть в стороне от деревни. Окна были заколочены досками, крыша местами провалилась, а сад вокруг зарос чертополохом.
— Визжащая хижина, — прошептал Гарри с благоговением. — Самое посещаемое привидениями место в Британии.
Рин остановилась, окидывая здание профессиональным взглядом.
— Хм, — произнесла она скептически. — Интересная архитектура. Аномальная геометрия фундамента.
— Говорят, там слышны крики и вои по ночам, — продолжил Гарри, делясь школьным фольклором. — Местные жители боятся подходить близко.
Рин прищурилась, активируя магическое зрение на минимальной мощности.
— Я не вижу здесь призраков, — констатировала она. — Структура здания не содержит эктоплазмы или привязанных душ. Фон… специфический.