Метла, потеряв седока, полетела в сторону, подхваченная ветром. А Гарри Поттер, беспомощный, бессознательный, начал падать.
Студенты на трибунах закричали.
Этот крик был единым, многоголосым воплем ужаса, который перекрыл даже вой ветра. Тысяча людей одновременно осознала, что происходит трагедия.
Но крик не мог остановить падение.
Рин действовала.
Её рука, уже лежащая на рукояти палочки, выхватила инструмент. Сакура в её ладони нагрелась, шерсть кицунэ завибрировала, чувствуя необходимость мгновенного выброса энергии.
Рин не паниковала. Паника — это потеря времени. Она считала.
«Вектор перехвата. Точка приложения силы. Нужно создать воздушную подушку или компенсировать вектор скорости обратным импульсом».
Она вскинула палочку, нацеливаясь на падающую фигуру.
— Arresto… — начала она формулировать заклинание, вкладывая в него свою прану, готовясь ударить по законам физики грубой магической силой.
Ей нужно было создать зону замедления времени или повышенной плотности воздуха прямо под ним. Это было сложное вычисление. Ветер сносил тело. Дождь мешал прицеливанию.
Она была быстра. Очень быстра.
Но в этом замке был кто-то быстрее. И намного сильнее.
Альбус Дамблдор встал со своего кресла.
Это движение было настолько резким и мощным, что казалось, будто старик внезапно вырос в размерах. Его лицо, обычно спокойное и доброжелательное, исказилось яростью.
Это была не ярость человека. Это была ярость стихии. Гнев древнего божества, чей храм был осквернен.
Его аура, которую он обычно сдерживал, вырвалась наружу.
Рин почувствовала это как ударную волну. Воздух вокруг директорской ложи задрожал. Мана Хогвартса, до этого момента просто насыщенная, вдруг срезонировала с волей своего хозяина.
Дамблдор не произнес ни слова. Он не сделал сложного жеста. Он просто выбросил руку с палочкой в сторону падающего мальчика.
Мир замер.
Рин осеклась на полуслове, почувствовав, как её собственная магия была подавлена чудовищным давлением извне. Её заклинание было бы каплей в море по сравнению с тем цунами, которое только что поднял Дамблдор.
Падение Гарри замедлилось.
Не плавно, как парашют. Резко, неестественно. Словно пространство вокруг него загустело, превратившись в желе. Он завис в воздухе в десяти метрах от земли, а затем начал опускаться вниз медленно, плавно, как перо.
Гравитация была отменена. Кинетическая энергия аннулирована.
Но Дамблдор не закончил.
Его взгляд сместился вниз, на поле, кишащее дементорами.
Ярость на его лице сменилась концентрацией.
— Expecto Patronum! — его голос прогремел над стадионом, заглушая гром.
Это было не то заклинание, которое использовала Рин в поезде — плотный луч энергии. И это был не обычный Патронус в виде серебристого облачка.
Из палочки Дамблдора вырвался свет.
Ослепительный, чистый, белый свет, который на мгновение превратил ночь в день. Он залил собой трибуны, поле, небо.
Из этого света соткалась фигура. Гигантская птица — феникс, созданный из позитивной энергии.
Патронус Дамблдора не просто отогнал дементоров. Он обрушился на них как лавина.
Рин прищурилась, прикрывая глаза рукой. Сияние было физически болезненным для магического зрения.
Феникс пронесся над полем, размахивая крыльями, каждое перо которых было сгустком концентрированной воли.
Дементоры, эти воплощения ужаса, отшатнулись. Их строй рассыпался. Они не могли выдержать этого давления. Свет жег их, отбрасывал, заставлял бежать в панике.
Сотни темных фигур метнулись прочь, рассыпаясь, как тараканы при включении света. Они уходили в землю, в тени, за пределы периметра, гонимые гневом великого мага.
Холод отступил. Ледяные иглы дождя снова превратились в воду.
Посреди поля, в грязи, мягко приземлилось тело Гарри Поттера. Он лежал неподвижно, но был цел.
Дамблдор опустил палочку. Серебряный феникс сделал прощальный круг над стадионом и растворился в воздухе, оставив после себя ощущение тепла и надежды.
Директор стоял, тяжело дыша. Его лицо было бледным, но глаза горели холодным огнем.
На трибунах воцарилась тишина. Никто не кричал. Никто не хлопал. Все были слишком потрясены увиденным.
Рин медленно убрала свою палочку в рукав.
Она чувствовала себя… маленькой.
Впервые за долгое время она ощутила масштаб разрыва между собой и истинной вершиной магического мастерства этого мира.
Она была талантлива. Она была эффективна. Она могла убить дементора, загнав его в камень.