Она осталась одна в коридоре.
Тишина обрушилась на неё, как плотное одеяло. После эмоционального шторма в кабинете Дамблдора — слёз Петтигрю, шока Макгоннагал, напряженного спокойствия директора — эта пустота казалась благословением. Здесь, внизу, мир был статичен и понятен. Камень, тени, сквозняк. Никаких драм, только физика и магия.
Она медленно выдохнула, позволяя напряжению покинуть плечи.
Рин чувствовала глубокое, холодное удовлетворение. Это было чувство мастера, который посмотрел на хаос, увидел в нем структуру, нашел уязвимую точку и нанес один точный удар, обрушив всю конструкцию врага. Она не бегала по замку с криками, не устраивала дуэлей на палочках. Она просто провела расследование и реализовала захват. Эффективность — вот имя её магии.
Рин направилась к своим покоям.
Она дошла до своего кабинета. Дверь открылась, пропуская её в привычный, пропитанный запахом старых книг мир.
Рин прошла в спальню и разулась. Здесь было прохладно — камин давно погас, но ей было не до комфорта. Первым делом — безопасность активов.
Она подошла к массивному дубовому шкафу, стоящему в углу. Это был не просто предмет мебели; это был сейф. Рин потратила неделю на то, чтобы наложить на него защитные чары по стандартам семьи Тосака. Укрепление структуры, барьер отвода глаз, проклятие иссушения для того, кто коснется ручки без её разрешения, и замок, реагирующий на её уникальную сигнатуру Од.
Рин коснулась дверцы, пропуская короткий импульс праны. Замок щелкнул, и дверца открылась.
На полках, в бархатных футлярах и просто россыпью, лежали её сокровища. Драгоценные камни. Рубины, сапфиры, топазы. Некоторые были уже заряжены и светились внутренним светом, другие — мутные, пустые — ждали своей очереди.
Это был её арсенал.
Рин достала из внутреннего кармана Карту Мародеров. Пергамент выглядел старым и безобидным, но Рин знала его истинную цену.
— Информация — это власть, — произнесла она, укладывая карту на верхней полке, рядом с крупным изумрудом.
Это устройство было гениальным в своей наглости. Подключение к Genius Loci замка, обход маскировки, идентификация личности. С этой картой она становилась всевидящим оком Хогвартса. Ни один студент не сможет прокрасться мимо неё. Ни один враг не сможет устроить засаду.
«Полезная вещь для контроля территории», — заключила она. — «В моих руках она принесет больше пользы, чем в руках Поттера, который использовал её для поиска дороги в лавку конфет».
Она закрыла шкаф. Магические замки встали на место, барьеры активировались. Теперь Карта была в безопасности.
Рин вздохнула. Рейд на Петтигрю был оппортунистским, незапланированным. Её резерв был не полон. Адреналин, поддерживавший её последний час, схлынул, оставив после себя тяжелую, свинцовую усталость. Её тело требовало отдыха.
Она разделась, аккуратно повесив одежду на стул. Даже в состоянии истощения она не позволяла себе бросать вещи где попало. Порядок снаружи — порядок внутри.
Рин легла в кровать, натянув одеяло до подбородка. Подушка была мягкой, простыни — прохладными.
Она закрыла глаза.
В её голове не было мыслей о морали, о судьбе Петтигрю или о слезах Блэка. Это были переменные, которые уже сыграли свою роль и были выведены из уравнения.
— Дело сделано, — прошептала она.
Несмотря на то, что до полуночи оставалось еще пять часов, Рин уснула мгновенно, без сновидений. Её сон был глубоким и спокойным, как у человека, который знает, что все двери заперты, а ловушки взведены.
Утро наступило неизбежно, но на этот раз оно было окрашено в тона предвкушения.
Рин проснулась, когда солнце уже заливало комнату. У неё не было первых уроков, так что она позволила себе роскошь поспать подольше.
Она встала, потянулась, чувствуя, как слегка хрустят суставы. Тело отдохнуло. Магические цепи восстановили потенциал.
Первым делом — ритуал. Не магический, а бытовой.
Рин прошла в кабинет. Взмах палочкой — и в камине вспыхнул огонь. Еще взмах — и чайник, висящий над огнем, начал закипать.
— Accio, чай, — банка с заваркой прилетела в руку.
Она заварила себе крепкий черный чай, добавила ложку сахара и села за стол.
Тишина.
Замок еще не гудел в полную силу, но Рин чувствовала вибрацию в стенах. Новость должна была уже распространиться. Такие вещи не держат в секрете долго, особенно когда в дело вовлечены авроры и Министр Магии.
«Сегодня будет шумно», — предсказала она, делая глоток. — «Студенты будут шептаться. Учителя будут многозначительно переглядываться. А Поттер будет ходить с видом мученика, у которого отобрали конфету».