Рин направила поток.
Прана затопила мышцы ног, изменяя их структуру на молекулярном уровне. Кости голени уплотнились, приобретая твердость легированной стали, чтобы выдержать чудовищную компрессионную нагрузку. Суставы были заблокированы магическим каркасом, исключающим вывих или разрыв связок.
Рин слегка наклонила корпус вперед. Угол атаки — сорок пять градусов.
Она не стала давать отсчет.
Взрыв.
Это было единственное слово, описывающее её старт.
Рин не побежала в человеческом понимании этого слова. Она выстрелила собой в пространство.
Первый шаг был ударом. Каблук правой ноги врезался в трансфигурированный асфальт с силой, превышающей удар молота весом в тонну.
Черное покрытие не выдержало. Магия трансфигурации создала твердую поверхность, но она была рассчитана на бег школьников, а не на старт гоночного болида.
Асфальт под её ногой взорвался, разлетаясь веером черной крошки. Образовалась воронка размером с тарелку.
Но Рин уже не было на этом месте.
Она неслась вперед.
Её ноги двигались с частотой, недоступной для отслеживания человеческим глазом. Это было размытое пятно, красно-черный штрих.
Тра-та-та-та-та-та!
Звук был ужасающим. Это не был ритмичный стук бегуна. Это была автоматная очередь. Крупнокалиберный пулемет, работающий по бетону.
Каждое касание ногой земли сопровождалось разрушением покрытия. Укрепленные магией ботильоны пробивали асфальт насквозь, входя в грунт, как стальные гвозди, и тут же вырывались обратно, выбрасывая фонтаны щебня и пыли.
Рин бежала по прямой, оставляя за собой не следы, а траншею. Пунктирную линию из кратеров.
Студенты на старте даже не успели повернуть головы. Их глаза всё ещё смотрели на то место, где она стояла секунду назад, а сетчатка только начинала регистрировать исчезновение объекта.
Ветер хлестал Рин в лицо, но она не чувствовала его. Пленка уплотненного воздуха перед ней работала как обтекатель, игнорируя сопротивление атмосферы.
Пятьдесят метров. Семьдесят. Сто.
Финишная черта первого отрезка.
Обычному бегуну потребовалось бы несколько десятков метров для торможения. Инерция — бессердечная физическая величина. Но Рин не собиралась тормозить. Ей нужен был разворот.
Она достигла конца дорожки.
Вместо того чтобы сбавить скорость, она вбила левую ногу в асфальт, используя её как ось вращения.
КРАК!
Звук ломающегося камня был похож на выстрел пушки. Асфальт в точке поворота просто аннигилировал, превратившись в пыль под колоссальным давлением центробежной силы. Земля вздыбилась.
Рин развернулась на сто восемьдесят градусов практически на месте, погасив инерцию за счет разрушения опоры и мгновенного перераспределения мышечных усилий. Её связки и суставы выдержали перегрузку, которая разорвала бы обычного человека на куски. Магия держала её тело в целости.
Обратный путь.
Снова взрывной старт. Снова пулеметная очередь шагов.
Тра-та-та-та-та!
Она летела назад, к группе ошарашенных студентов, которые напоминали статуи, застывшие в нелепых позах.
Рон Уизли стоял, открыв рот, и его глаза были направлены куда-то в середину дистанции, пытаясь найти профессора, которая исчезла. Он даже не понял, что она уже возвращается.
Рин видела его лицо. Видела, как медленно, мучительно медленно поднимаются его веки в попытке моргнуть.
Для неё они все стояли на месте. Застывшие во времени фигуры.
Она приближалась к финишу.
Торможение.
Это была самая сложная часть. Остановиться мгновенно с такой скорости — значит превратить свои внутренности в желе от удара о грудную клетку.
Рин начала гасить скорость за десять метров. Она вонзала каблуки в асфальт, пропахивая в нем глубокие борозды, используя трение как тормоз.
Она скользила по поверхности, окруженная облаком пыли и пара.
И замерла.
Ровно в десяти сантиметрах от носа Рона Уизли.
Ударная волна воздуха, которую она толкала перед собой, настигла их с задержкой в долю секунды.
ВУХ!
Порыв ветра ударил в лица студентов, разметав их мантии и волосы. Рон пошатнулся, едва удержавшись на ногах, и инстинктивно зажмурился от пыли.
Когда он открыл глаза, перед ним стояла Тосака Рин.
Она стояла абсолютно неподвижно. В той же расслабленной позе, что и до старта. Руки опущены вдоль тела. Спина прямая.
Единственным свидетельством того, что только что произошло нечто выходящее за рамки нормального, была разрушенная дорожка за её спиной. Асфальт был исполосован, словно его бомбили с воздуха кассетными боеприпасами. От покрытия поднимался дымок — тепловая энергия трения.