— Эстетика разрушения, — прокомментировала она. — Но порядок должен быть восстановлен.
Она взмахнула палочкой.
Черная крошка, разлетевшаяся на десятки метров вокруг, пришла в движение. Асфальт, повинуясь вектору магического притяжения, потек обратно в центр кратера. Битум плавился и застывал заново, восстанавливая идеально ровную поверхность. Через секунду от разрушений не осталось и следа, если не считать легкого запаха серы и перегретого камня.
Рин окинула взглядом поле. Одной дорожки было недостаточно для эффективной обработки такого количества биомассы.
— Multiplicamini, — скомандовала она, делая широкий горизонтальный жест.
Реальность дрогнула. Черная полоса асфальта, разрезающая зеленый газон стадиона, размножилась. Слева и справа от центральной оси возникли еще четыре идентичные дорожки. Трава под ними была примята и трансфигурирована в твердое покрытие, создавая полноценный легкоатлетический сектор посреди средневекового антуража.
Рин повернулась к студентам. Они стояли кучкой, всё еще переваривая демонстрацию её физических возможностей. В их глазах читалась смесь благоговения и животного ужаса перед тем, что их ждет.
Она указала на дорожки.
— Разбиться на пары. Первая пятерка — на старт. Остальные — наблюдают и анализируют ошибки, которые через минуту станут их собственными.
Студенты, подталкивая друг друга, поплелись к линии старта. Никто не хотел быть первым, но еще меньше они хотели злить профессора.
— На старт, — скомандовала Рин, поднимая руку. — Внимание.
Она не стала использовать свисток или выстрел. Она просто резко опустила руку, посылая слабый импульс в землю позади них, чтобы стимулировать рефлексы.
— Начали!
Они побежали.
Зрелище было удручающим.
Это напоминало паническое бегство стада овец, напуганных громом. Дыхание сбивалось на первых же метрах. Кто-то споткнулся, кто-то бежал, размахивая руками, как мельница.
Рин стояла, глядя на темпус, который она наколдовала в воздухе. Цифры сменяли друг друга с безжалостной объективностью.
Пять секунд.
Никто не пересек даже середину дистанции.
Шесть. Семь. Восемь.
Первая пара — Симус Финниган и Дин Томас — пересекла финишную черту.
— Двенадцать целых и четыре десятых, — бесстрастно озвучила Рин результат. — Вы оба мертвы. Оборотень настиг вас на семидесятом метре. Он разорвал сухожилия на ногах, повалил на землю и вскрыл яремную вену. Следующие!
Вторая группа. Парвати Патил и Лаванда Браун.
Девушки бежали старательно, но без огонька.
— Тринадцать с половиной, — констатировала Рин. — Съедены. Без шансов. Даже не успели бы вскрикнуть.
Третья группа. Крэбб и Гойл.
Два массивных подростка, привыкших полагаться на грубую силу и запугивание, оказались абсолютно не приспособлены к динамическим нагрузкам, несмотря на регулярные пробежки перед уроками ЗОТИ. Они тяжело топали по асфальту, их лица покраснели уже на старте.
Гойл споткнулся на тридцатом метре, но удержал равновесие, потеряв драгоценные секунды. Крэбб действовал не лучше.
Они финишировали с результатом шестнадцать секунд.
— Катастрофа, — Рин покачала головой, глядя на них с нескрываемым презрением. — Вы не просто мертвы. Вы — закуска, которая сама сервировала себя на столе. Растерзаны. Расчленены. Ваша масса не спасла вас, она лишь сделала вас более легкой мишенью.
Студенты скапливались на финише, хватаясь за бока и пытаясь восстановить дыхание. Они смотрели на Рин с ненавистью, но в этой ненависти был страх. Страх не перед ней, а перед теми картинами смерти, которые она рисовала своими короткими, сухими комментариями.
— Следующие! Грейнджер, Лонгботтом!
Гермиона вышла на дорожку. Её лицо было сосредоточенным, губы сжаты в тонкую линию. Она сняла мантию, оставшись в джемпере и юбке. Рядом с ней дрожал Невилл.
— Марш!
Гермиона рванула с места. Она старалась. Рин видела это. Девочка выкладывалась на полную, её техника бега была правильной, академичной, как и всё, что она делала. Но физиология — жестокая вещь.
Она задыхалась. На пятидесятом метре её темп упал. Легкие горели, ноги налились свинцом. Она не использовала магию для поддержки, полагаясь только на мышцы, которые никогда не тренировала для спринта.
Невилл отстал почти сразу, но бежал с упорством обреченного.
Гермиона пересекла черту.
— Двенадцать и восемь, — сообщила Рин. — Мисс Грейнджер, ваша академическая успеваемость не поможет вам убежать от клыков. Ваш мозг работает быстрее ног. В данном случае это фатальный дисбаланс. Вы мертвы.