Июньское солнце заливало кабинет Защиты от Темных Искусств теплым, ленивым светом, который казался совершенно неуместным в этом замке, привыкшем к сквознякам и сырости. Пылинки танцевали в лучах, оседая на стопках пергаментов, магических приборах и полированном черепе дракона под потолком.
Тосака Рин сидела на своем стуле, откинувшись на спинку. Её поза выражала редкое для неё состояние — расслабленность, граничащую с удовлетворением.
На её плече сидел Курьер. Коричневая неясыть, набравшая за год на школьных харчах солидный вес, требовательно ухнула и ткнулась клювом в ухо хозяйки.
— Терпение — добродетель, которой ты лишен, — заметила Рин, доставая из ящика стола кусок вяленого мяса. — Ты стал жадным, мой друг. Это качество полезно для мага, но для фамильяра оно чревато ожирением и потерей летных характеристик.
Она скормила птице лакомство. Курьер довольно щёлкнул клювом и прикрыл глаза.
Рин перевела взгляд на стол. Там, разложенные в строгом алфавитном порядке, лежали итоговые ведомости. Результаты экзаменов. Статистический итог её годовой работы.
Она взяла верхний пергамент.
«Гриффиндор и Слизерин, третий курс», — прочитала она. — «Сводная таблица успеваемости».
Её палец скользил по колонкам оценок.
«Грейнджер, Гермиона — Превосходно (105 % от норматива, бонус за творческий подход к решению зачади)».
«Малфой, Драко — Превосходно (Техника исполнения заклинаний безупречна, тактическое мышление присутствует)».
«Поттер, Гарри — Выше Ожидаемого (Потенциал огромен, контроль всё еще страдает, но рефлексы выработаны на уровне инстинкта)».
Рин хмыкнула. Поттер мог бы получить и высший балл, если бы не его вечная привычка полагаться на импровизацию вместо четкой схемы. Но для выживания его навыков было достаточно.
Её палец опустился ниже. В зону риска.
«Уизли, Рон — Удовлетворительно».
«Крэбб, Винсент — Удовлетворительно».
«Гойл, Грегори — Удовлетворительно».
«Лонгботтом, Невилл — Удовлетворительно».
— Ни одного «Тролля», — констатировала Рин. — Ни одного «Слабо». Ни одного провала.
Она отложила пергамент и посмотрела в окно, за которым виднелось озеро.
Это был триумф.
Впервые за многие годы (если верить архивам, которые она изучила) по предмету Защита от Темных Искусств не было ни одного завалившего экзамен студента.
Квиррелл оставил после себя хаос. Локхарт — поколение функционально неграмотных в боевой магии детей.
Рин же создала конвейер.
Она не учила их «волшебству». Она учила их технологии выживания.
Даже Крэбб и Гойл, чей интеллектуальный уровень стремился к температуре замерзания воды, сдали экзамен. Почему? Потому что Рин вбила в их мышечную память базовые защитные алгоритмы. Они могли не понимать природу Protego, но когда в них летело заклинание, их рука сама чертила щит, а ноги сами уходили с линии атаки.
— Дрессура, — цинично оценила она свой метод. — Условные рефлексы. Собаку Павлова можно научить выделять желудочный сок по звонку. Студента Хогвартса можно научить не умирать по команде.
Это не было высоким искусством магии. Но это была эффективность. Стопроцентная сдача.
В дверь постучали.
Рин не удивилась. Сегодня был день отъезда, и поток посетителей не иссякал с самого утра.
— Войдите, — разрешила она.
Дверь открылась, и в кабинет вошла группа студентов.
Гарри Поттер. Драко Малфой. Гермиона Грейнджер. Блейз Забини. Невилл Лонгботтом.
Странная компания. Гриффиндорцы и слизеринцы, которые еще год назад готовы были перегрызть друг другу глотки, теперь стояли рядом. Они не стали друзьями, нет. В их взглядах всё еще читалась настороженность. Но это была настороженность людей из разных групп, которые прошли через одну и ту же мясорубку.
Они выжили на уроках профессора Тосака Рин. И это их объединяло.
— Профессор, — начал Гарри. Он выглядел взрослее. Исчезла детская припухлость щек, взгляд стал жестче. — Мы хотели… попрощаться.
— Вы уезжаете на каникулы, Поттер, а не на войну, — заметила Рин. — Хотя, учитывая вашу удачу, разница невелика.
— Мы хотели спросить, — вступил в разговор Малфой. Он держался с достоинством, но без былого высокомерия. — Будут ли доступны… частные консультации летом?
Рин подняла бровь.
— Летом?
— Да, — кивнула Гермиона. — Мы понимаем, что каникулы — это время отдыха, но… терять форму не хочется. А ваши методы… они требуют постоянной практики.
— Мы готовы платить, — добавил Забини, звякнув кошельком в кармане. — По вашему стандартному тарифу.