Она остановилась на краю тротуара, делая вид, что разглядывает витрину магазина канцелярских товаров. На самом деле её внимание было сфокусировано на показаниях детектора. Вектор тяги указывал прямо перед ней, на противоположную сторону улицы.
Рин подняла глаза.
Перед ней был ряд зданий. Типичная лондонская застройка: кирпич, стекло, витрины, заваленные товарами. Слева располагался большой книжный магазин, витрина которого была забита новинками в ярких обложках. Справа — магазин виниловых пластинок, из дверей которого доносились тяжелые басы какого-то рок-трека.
А между ними…
Рин моргнула, переключая зрение на магический спектр, хотя в этом даже не было особой необходимости. Аномалия была видна невооруженным глазом, если знать, куда смотреть. И если твой мозг способен сопротивляться навязанной иллюзии.
Между книжным и музыкальным магазинами было здание.
Это был паб. Или то, что когда-то им было. Маленький, грязный, невзрачный фасад, словно вымазанный сажей вековой давности. Вывеска над входом, облупившаяся и перекошенная, гласила: «Дырявый Котел». Само здание выглядело так, словно оно должно было быть снесено еще при королеве Виктории по санитарным соображениям.
Оно было уродливым. Оно было ветхим. Оно было абсолютно неуместным на этой оживленной торговой улице.
И никто его не видел.
Рин наблюдала за потоком пешеходов. Люди шли сплошной стеной. Клерки в серых костюмах, туристы с картами, подростки в джинсовых куртках. Их взгляды скользили по фасадам зданий. Они смотрели на книги. Они смотрели на пластинки. Но когда их взгляд доходил до паба, он просто… соскальзывал.
Словно там было пустое место. Или скучная стена. Или слепое пятно.
Рин видела, как мужчина с портфелем, идущий быстрым шагом, внезапно, без всякой видимой причины, слегка изменил траекторию, чтобы обогнуть невидимое препятствие перед входом в паб, даже не осознавая этого маневра. Его глаза были расфокусированы в тот момент, когда он смотрел в сторону «Дырявого Котла».
«Отвод глаз», — констатировала Рин. — «Барьер когнитивного искажения».
Она прищурилась, анализируя структуру заклинания.
В современной магии создание граничного барьера такого уровня в центре мегаполиса требовало бы филигранной работы. Нужно было бы вплести заклинание в саму архитектуру, использовать геомантические узлы, создать сложную систему зеркал и ментальных ловушек, чтобы полностью скрыть крупный объект от миллионов глаз.
Здесь же всё было сделано… грубо.
Это было не изящное плетение, скрывающее объект. Это был магический молот, который бил по восприятию каждого, кто не обладал даром.
«Здесь ничего нет», — мысленно процитировала Рин ментальный посыл, который излучал барьер. — «Это скучно. Не смотри сюда. Иди дальше».
Примитивно. Эффективно. Масштабно.
Барьер не пытался скрыть физический объект. Он воздействовал на мозг наблюдателя, создавая искусственную зону невосприятия. Это требовало колоссального количества энергии для поддержания в режиме 24/7. Источник, питающий это заклинание, должен быть либо невероятно мощным, либо подключенным напрямую к лей-линии.
«И при этом никакой тонкой настройки», — отметила Рин с профессиональным пренебрежением. — «Оно просто давит массой. Как если бы кто-то решил заглушить разговор, включив сирену воздушной тревоги. Работает, но никакой эстетики».
Однако, несмотря на критику, она не могла не признать эффективность метода. Тысячи людей проходили мимо каждый час, и ни один из них не остановился, не удивился, не попытался зайти. Статистически это было невероятным достижением. Абсолютная защита через абсолютное игнорирование.
Но для мага этот барьер был как красная тряпка. Он кричал о том, что здесь скрыто что-то важное. Что-то, принадлежащее к подлунному миру.
Рин не стала бросаться вперед. Это было бы глупо. Вход в чужой граничный барьер без разведки — это верный способ активировать защитные системы, если они там есть.
Она огляделась и заметила небольшое кафе на противоположной стороне улицы. Открытая веранда, несколько столиков, вид прямо на «Дырявый Котел». Идеальная наблюдательная позиция.
Рин пересекла дорогу, увернувшись от черного кэба, который наплевал на наличие пешеходного перехода, и заняла столик в углу, максимально удаленный от других посетителей, но обеспечивающий отличный обзор.
К ней подошла официантка.
— Чай, — заказала Рин. — «Эрл Грей». И сэндвич с огурцом.
Когда заказ принесли (чай был посредственным, сэндвич — съедобным), Рин принялась за работу. Она отпила горячей жидкости, согревая горло, и превратилась в статую. Её тело расслабилось, но разум работал.