И, наконец, четвертый.
Гарри Поттер.
Самый опасный дракон. Венгерская Хвосторога. Шипы, черный как ночь, злобный нрав.
Гарри вышел на арену. Он выглядел крошечным по сравнению с горой мышц и чешуи.
Толпа затихла.
Рин подалась вперед. Ей было интересно, чему он научился.
Гарри поднял палочку.
— Accio, Молния!
Рин улыбнулась уголком рта.
«Призыв инструмента. Использование преимущества в мобильности. Умно».
Через минуту метла прилетела к нему. Гарри вскочил на неё и взмыл в воздух.
Начался воздушный бой.
Поттер не пытался атаковать дракона. Он провоцировал его. Он использовал свою скорость и маневренность, чтобы заставить зверя ошибиться.
Хвосторога плевалась огнем, била хвостом, пытаясь сбить назойливую муху. Гарри уходил от атак в пике, делал бочки, петли.
Рин видела его движения.
«Рефлексы», — отметила она. — «Координация. Он не просто летит. Он чувствует инерцию. Он использует гравитацию. Мои уроки контроля тела не прошли даром. Даже на метле он двигается так, словно это продолжение его конечностей».
Это было красиво. Смертельно опасно, но красиво.
Гарри выманил дракона в воздух (насколько позволяла цепь), заставив его открыть гнездо.
Резкий рывок вниз. Пике.
Он схватил золотое яйцо.
Дракон ударил хвостом. Шипы пропороли мантию, задели плечо. Кровь брызнула.
Но Гарри ушел. Он взмыл вверх, сжимая трофей.
Трибуны взорвались ревом. Даже слизеринцы (нехотя) признали, что это было круто.
Гарри приземлился, живой и с победой в руках.
Рин откинулась на спинку кресла.
«Удовлетворительно», — вынесла она вердикт. — «Техника полета — отлично. Тактика — приемлемо. Оценка рисков — на грани фола. Но результат достигнут».
Она не аплодировала. Она просто кивнула сама себе.
Поттер выжил. Инвестиция сохранена. Турнир продолжается.
И, глядя на то, как медики обрабатывают рану Гарри, Рин думала о том, что в следующий раз ему может так не повезти.
Она встала.
Шоу закончилось. Драконов уводили (к сожалению, целиком, а не по частям в её лабораторию).
Рин направилась к выходу. Ей нужно было забрать выигрыш ставки на тотализаторе.
Бизнес есть бизнес. Даже на турнире.
Глава 27
Декабрь обрушился на Хогвартс не только снегопадами, завалившими двор до окон первого этажа, но и эпидемией, страшнее драконьей оспы. Замок охватила лихорадка Святочного бала.
Тосака Рин, сидя в своем кабинете, чувствовала эту вибрацию даже сквозь толстые каменные стены и защитные барьеры. Эфирный фон школы, обычно насыщенный и стабильный, теперь дрожал от переизбытка подростковых гормонов, паники, интриг и косметических чар.
Студенты сбивались в стайки, шептались по углам, хихикали и краснели. Девочки обсуждали платья, мальчики выглядели так, словно их вели на казнь. Учебный процесс отошел на второй план. Даже в её классе, где дисциплина поддерживалась страхом и авторитетом, Рин замечала отсутствующие взгляды и записки, летающие под партами (которые она безжалостно сжигала в воздухе, не читая).
«Социальный ритуал спаривания», — с брезгливостью подумала она. — «Бессмысленная трата ресурсов и времени».
Она находилась в своем кабинете, наслаждаясь относительной тишиной. Камин горел ровным, магически поддерживаемым пламенем.
В дверь постучали.
Стук был неуверенным, но настойчивым.
Рин не пошевелилась. Она сидела на рабочем месте, закинув ноги прямо на полированную поверхность стола — вопиющее нарушение этикета, которое она позволяла себе только в одиночестве. На ней не было строгой одежды или того дорогого пальто, в котором она выходила в свет. Только белая блузка с закатанными рукавами, короткая черная юбка и длинные гольфы — её привычная, «домашняя» одежда, похожая на ту, которую она когда-то носила в Японии.
В руках она держала фолиант, обтянутый потертой кожей. «Акустика и резонанс в артефакторике древних кельтов». Книга была скучной, но содержала пару интересных диаграмм.
— Войдите, — произнесла она, отпирая замок двери палочкой.
Ей не нужно было спрашивать «кто там». Её сенсорная сеть, развернутая вокруг кабинета, идентифицировала посетителя еще в коридоре. Характерная, пульсирующая аура, полная сырой силы и сомнений.
Дверь скрипнула.
В кабинет вошел Гарри Поттер.
Он выглядел уставшим. Под глазами залегли тени, волосы торчали во все стороны еще сильнее обычного. В одной руке он держал свою сумку, а в другой — тяжелый, золотой предмет, по форме напоминающий яйцо.