Она ждала.
Пять минут.
Дверь снова открылась. Муди вышел.
Он выглядел довольным. Он похлопал себя по карману плаща. Там что-то звякнуло. Стекло.
Он снова запер дверь ключом и, прихрамывая, направился прочь.
Рин осталась в тени.
«Ингредиенты», — проанализировала она. — «Он ворует у Снейпа. Или берет без спроса. Но что?»
Муди — опытный аврор. Он не будет воровать ради денег. Ему нужны компоненты для чего-то.
Для зелья.
Того самого зелья, которое он пьет из фляжки.
Рин начала сопоставлять факты.
1) Постоянный прием жидкости. Строгий график (каждый час).
2) Необходимость пополнения запасов.
3) Доступ к складу Снейпа (возможно, нелегальный).
4) Странности в поведении и ауре.
«Это не лекарство», — заключила она. — «Обычные лекарства не требуют таких сложных и редких компонентов, которые хранит Снейп под замком. Обезболивающее можно купить в аптеке».
«Оборотное зелье?» — предположила она.
Нет, это бред. Оборотное зелье позволяет принять облик другого человека. Зачем Муди принимать чей-то облик? Он выглядит как Муди. Шрамы, нога, глаз — всё на месте. Думает как Муди. Действует как Муди. Дамблдор, маг уровня Гранд, уверен, что это Муди.
— Мне нужны доказательства, — решила Рин. — Мне нужен анализ того, что он украл.
Она посмотрела на дверь склада.
Взламывать склад Снейпа? Это риск. Снейп — параноик не хуже Муди.
Рин развернулась и пошла к своим покоям.
Она двигалась бесшумно, как призрак.
Игра усложнялась. Уровень угрозы повышался.
«Если ты не Муди, — подумала она, вспоминая хромающую фигуру, — то ты очень хороший актер. И очень, очень смелый смертник».
Рин Тосака любила сложные задачи. И эта задача обещала быть самой интересной за весь год.
Коридор, ведущий к Большому залу, в этот час был заполнен хаотичным движением студентов, спешащих на обед. Тосака Рин стояла неподалеку, наблюдая за потоком. Её цель была не в студентах.
Её цель хромала по коридору, расталкивая первокурсников посохом.
Аластор Муди.
Он шел, как ледокол сквозь паковый лед. Его магический глаз вращался, нормальный глаз смотрел вперед с выражением угрюмой решимости. Рука привычно потянулась к внутреннему карману мантии, нащупывая фляжку.
«График», — отметила Рин. — «Ровно час с последнего приема. Метаболизм требует дозы».
Это был идеальный момент.
Рин отделилась от стены. Она не стала бежать или окликать его. Она просто влилась в поток, рассчитав траекторию пересечения с математической точностью.
Ей нужно было столкновение. Но физический контакт с параноиком уровня Муди чреват получением проклятия в упор. Он мог среагировать рефлекторно.
Поэтому она использовала дистанционное воздействие.
Когда расстояние между ними сократилось до двух метров, Рин сделала вид, что споткнулась о мантию пробегающей мимо рейвенкловки. В этот же момент она выпустила короткий, жесткий импульс праны из левой руки.
— Stob (Толчок).
Это не было заклинанием Depulso. Это был телекинетический удар, сфокусированный в одной точке.
Невидимый кулак ударил Муди по локтю именно в тот момент, когда он подносил фляжку к губам.
Движение было резким. Рука старого аврора дернулась. Фляжка выскользнула из его, казалось бы, железной хватки.
Звяк!
Металл ударился о каменный пол. Крышка, которую он уже успел отвинтить, отлетела в сторону.
Содержимое выплеснулось.
Густая, похожая на грязь жидкость растеклась по плитам, пузырясь и шипя.
Муди замер. Его реакция была мгновенной и пугающей. Он не нагнулся за флягой. Он отпрыгнул назад, выхватывая палочку и сканируя пространство своим глазом. Он искал врага.
Рин, которая «восстановила равновесие» после своего «спотыкания», оказалась рядом. Она смотрела на лужу с выражением вежливого испуга.
В нос ударил запах.
Рин чуть не закашлялась, но сдержалась. Запах был отвратительным.
Вареная капуста. Гниль. Жженая резина. И что-то еще… что-то органическое, белковое. Как будто кто-то растворил кусок мяса в кислоте.
— Ох, прошу прощения, мистер Муди! — воскликнула она, делая шаг назад, но при этом внимательно фиксируя запах в своей памяти. — Меня толкнули… Я такая неловкая сегодня.
Муди посмотрел на неё. Оба его глаза, и настоящий, и магический, впились в её лицо.
— Неловкая? — прорычал он. — Профессор Тосака…