Рин мысленно поставила галочку. Бытовые вопросы решены. Никакой готовки, никакой стирки. Максимальная эффективность использования времени.
— Звучит как стандартный пакет, — прокомментировала она. — Есть ли какие-то… скрытые условия? Обязанности сверх учебного плана?
Макгоннагал на мгновение замедлила шаг. Её лицо стало еще более серьезным, если это вообще было возможно.
— Обязанности стандартные: ведение уроков, проверка работ, патрулирование коридоров ночью раз в неделю. Однако… — она сделала паузу, глядя на Рин поверх очков. — Есть один нюанс, о котором я обязана вас предупредить. Честность — лучшая политика, особенно когда речь идет о вашей безопасности.
Рин насторожилась.
— Я слушаю.
— Должность преподавателя Защиты от Темных Искусств… она имеет определенную репутацию. Дурную репутацию.
— В каком смысле? — уточнила Рин. — Предыдущий преподаватель оставил в кабинете коллекцию проклятых артефактов?
— Хуже. За последние несколько десятилетий ни один преподаватель на этой должности не продержался больше одного года.
Рин подняла бровь.
— Статистическая аномалия?
— Проклятие, — твердо сказала Макгоннагал. — Мы не знаем его природы, не знаем источника, но факт остается фактом. Несчастные случаи, болезни, внезапные увольнения, скандалы… Судьба словно выталкивает людей с этого места. Некоторые считают, что должность проклята Сами-знаете-кем, когда ему отказали в этом месте много лет назад.
Рин фыркнула.
— Концептуальное проклятие на должность? Звучит как плохая шутка. Или как оправдание для плохой кадровой политики.
— Смейтесь, если хотите, мисс Тосака, — голос Макгоннагал был ледяным. — Но список пострадавших говорит сам за себя. Из недавних случаев — Квиринус Квиррелл погиб. Гилдерой Локхарт потерял память, сошел с ума и находится в больнице Святого Мунго.
Рин проанализировала информацию.
Если проклятие существует, это означает, что на саму концепцию «Преподаватель ЗОТИ в Хогвартсе» наложена негативная программа, корректирующая вероятность. Судьба, карма, неудача — назовите как угодно. Механизм воздействия — манипуляция причинно-следственными связями с целью устранения субъекта.
— Интересно, — произнесла она. В её голосе не было страха, только профессиональное любопытство.
Макгоннагал посмотрела на неё с уважением. Большинство предыдущих работников при упоминании проклятия начинали бледнеть или требовать двойную оплату за риск. Эта девушка начала анализировать структуру угрозы.
— Что ж, надеюсь, ваш оптимизм оправдан, — сказала она. — Но вернемся к текущему моменту. Теория — это хорошо. Ваше понимание магии, судя по письму и нашему разговору, глубокое и нетривиальное. Однако Защита от Темных Искусств — это прикладная дисциплина.
Они прошли по мосту и оказались в огромном мощеном дворе перед главным входом.
— Студентам не нужны лекции о природе зла, — продолжила Макгоннагал. — Им нужны навыки выживания. Реакция. Умение применять заклинания под давлением. Знание слабых мест темных созданий.
Она остановилась и повернулась к Рин.
— Вы молоды. Слишком молоды для такой должности, по мнению многих. Вам придется доказывать свой авторитет не только перед коллегами, но и перед учениками. Подростки жестоки, мисс Тосака. Если они почувствуют слабость или некомпетентность, они вас съедят.
— Я справлялась с вещами пострашнее подростков, — усмехнулась Рин. — И я умею ставить людей на место.
— Это нам и предстоит проверить, — Макгоннагал указала рукой в сторону бокового крыла замка. — Для вашего теста подготовлен специальный полигон. Тренировочный зал, который мы используем для дуэльного клуба и отработки боевых заклинаний.
— Полигон? — Рин приподняла бровь. — Звучит серьезно. С кем мне предстоит сражаться? С големом? С химерой? С вами?
— Вы увидите, — уклонилась от ответа Макгоннагал. — Задача будет комплексной. Оценка скорости реакции, силы заклинаний и тактической грамотности.
Это было даже интересно.
— Я готова, — сказала она. — Но у меня есть еще один вопрос. Последний, но, пожалуй, самый важный.
— Слушаю вас.
— В объявлении упоминался доступ к библиотеке.
Глаза Макгоннагал чуть сузились.
— Да. Доступ ко всем секциям библиотеки — стандартная привилегия преподавательского состава. Мы считаем, что профессор должен иметь возможность расширять свой кругозор и готовить материалы для уроков, используя любые источники.
— Значит, полный доступ, — проговорила Рин, и в её голосе прозвучало хищное удовлетворение.