Выбрать главу

Она взяла пергамент. Лента соскользнула, и свиток развернулся.

Рин начала читать. Внимательно. Дотошно. Вгрызаясь в каждое слово, в каждую запятую.

Она искала ловушки. Скрытые смыслы. Двойные трактовки.

Пункт о зарплате — двести галеонов. Соответствует договоренности.

Пункт о проживании — полный пансион. Соответствует.

Пункт об обязанностях — преподавание, патрулирование, участие в педсоветах. Стандартно.

Пункт о медицинской страховке (лечение в Больничном крыле). Приемлемо.

Дамблдор стоял рядом, терпеливо ожидая. Он не торопил её, не выказывал раздражения. Он просто наблюдал, сложив руки на животе, и в его позе была абсолютная уверенность человека, у которого все карты на руках.

Рин дошла до раздела «Особые условия».

«Пункт 7. Сотрудник обязуется не разглашать тайны школы, ставшие ему известными в ходе выполнения служебных обязанностей, третьим лицам без письменного разрешения Директора. Данное обязательство распространяется на информацию о системе безопасности замка, местонахождении скрытых помещений и личные данные студентов».

Это было ожидаемо. NDA (Non-disclosure agreement) магического мира.

Рин проанализировала структуру заклинания, вплетенного в текст этого пункта. Оно было мягким, но прочным. Это не был Непреложный Обет, который убивает за нарушение. Это было заклятие забвения и косноязычия. Если она попытается рассказать кому-то, как обойти защиту Хогвартса, её язык прилипнет к небу, а память затуманится.

«Справедливо», — решила она. — «Я здесь гость. Я работаю на них. Продавать их секреты я не собираюсь, если они не угрожают моей жизни».

Условий о подчинении воли, о запрете на использование собственной магии или о передаче прав на душу в тексте не было. Контракт был чистым. На удивление честным для мира, где все пытаются друг друга обмануть.

— Условия приемлемы, — произнесла Рин, поднимая голову.

— Я рад, — кивнул Дамблдор. — Мы ценим прозрачность в отношениях с персоналом.

Рин взяла перо и подписала документ.

Её подпись была изящной, острой, каллиграфически выверенной. Каждая буква была начертана с вложением воли. Она запечатала контракт своей магией.

Пергамент на мгновение вспыхнул золотистым светом, подтверждая заключение сделки. Магическая связь была установлена. Теперь она официально была частью Хогвартса.

Дамблдор протянул руку и забрал свиток. Он посмотрел на подпись, и на его лице появилось выражение удовлетворения.

— Превосходно. Добро пожаловать в семью, Рин. Позвольте мне называть вас так? Мы здесь стараемся избегать лишнего официоза вне учебных часов.

— Как вам будет угодно, директор, — сдержанно ответила Рин.

Дамблдор свернул пергамент и убрал его обратно в мантию. Казалось бы, дело сделано, и он должен уйти. Но он не спешил.

Его взгляд скользнул по столу, заваленному бумагами. Он задержался на одном из листов, где Рин делала заметки для себя.

Там, среди английских терминов и латинских формул, были иероглифы. Рин использовала японский по многолетней привычке.

— Японский, — произнес Дамблдор задумчиво. — Красивый язык. Структурный. Идеографический. Каждый символ — это не просто звук, это образ. Концепция.

Рин напряглась. Он знал японский?

— Вы владеете языком, директор?

— О, совсем немного. Поверхностно, — он улыбнулся, и эта улыбка была обезоруживающей, если бы Рин не знала, кто перед ней стоит. — В молодости я много путешествовал. Переписывался с коллегами из Махотокоро. У них удивительная школа, не правда ли? Мантии, меняющие цвет в зависимости от успеваемости… весьма педагогично.

Он перевел взгляд с иероглифов на Рин.

— Ваша техника… она отличается от нашей. Минерва описала ваш тест. Она была… скажем так, потрясена. Использовать тело как проводник, стрелять заклинаниями с пальцев… Это стиль, который редко встретишь в Европе.

— Эффективность не имеет национальности, — ответила Рин. — Я использую то, что работает.

Дамблдор кивнул.

— Безусловно. И именно поэтому мы выбрали вас.

Он сделал паузу, и атмосфера в библиотеке стала чуть более интимной, словно он решил поделиться секретом.

— По правде сказать, мисс Тосака, вы были одним из двух кандидатов на эту должность.

Рин приподняла бровь. Это было новой информацией.