– Что, времени даром не теряешь, красавица? – раздался вдруг у них над ухом низкий, раскатистый баритон. – В первый же день подцепила?
Рута и Франциско обернулись. Перед ними стоял авераль с чуть загнутыми витыми рогами и оценивающе разглядывал ведьму. Очень знакомый авераль...
– Бафет! – воскликнула Рута. – Вот это сюрприз!
– Да, давненько я на Арамор не выбирался, – усмехнулся авераль. – Ты как освободишься, найди меня. Я соскучился!
Он развязно подмигнул ведьме и уже собрался уходить, как вперед выступил Франциско.
– Не освободится, – твердо сказал он, с вызовом глядя демону в глаза. – Так что шел бы ты... лесом.
– Ого! – восхитился авераль и посмотрел на Руту. – Ты где такого нашла?
– Где нашла, там уже нет, – промурлыкала ведьма, кладя руку на плечо Франциско. – А ты лучше не жди меня, Бафет.
– Ну как знаешь, красавица. Сестрица-то твоя, надеюсь, ни к кому не прикипела еще?
Авераль ушел, помахивая хвостом, а Рута схватила инквизитора за пояс и зашипела ему в самое ухо:
– Ты что, хочешь сорвать всю маскировку в первую же ночь? Зачем демону грубишь?
– А чего он?
– А ты чего?! Ты же мне репутацию портишь!
– Так, вот про репутацию давай поподробнее. Скольких еще знатоков твоей «репутации» мне ожидать?
Рута сделала вид, что задумалась и принялась загибать пальцы на руках, беззвучно шевеля губами.
– Эй! – не вытерпел Франциско, когда она уже почти закончила со второй ладонью.
Рута не выдержала и рассмеялась.
– Да не пошла бы я к нему, не переживай, – фыркнула ведьма. – Пойдем, лучше покажу кое-что.
Она взяла инквизитора за руку и утянула куда-то за деревья.
Шайн, издалека наблюдавшая за этой сценой, только покачала головой. Да, нелегко тут инквизитору придется, а ведь даже первая ночь не на исходе. Мимо нее как раз проходил Бафет, и она хотела уже окликнуть его, как вдруг почувствовала на своем плече легкое прикосновение теплой ладони. Она обернулась и встретилась глазами с Верховной. Королева ведьм смотрела, как всегда, спокойно и ласково, но Шайн заметила мелькающий в ее глазах огонек любопытства.
– Я вижу, тебя можно поздравить с успешным завершением трудного дела, сестра, – мягко улыбнулась Верховная. – Тебя и Мариборут. Те, что были вашими спутниками долгие годы, покинули вас, но оставили кое-что на память.
Шайн невольно коснулась серебряного пера, запутанного в волосах.
– И это тоже, – кивнула Верховная, – но я имела в виду другой дар.
Она пристально посмотрела Шайн в глаза, и клубящаяся в них Тьма всколыхнулась в ответ на этот взгляд. Шайн давно уже приобрела особый артефакт в лавке магических диковинок, который позволял поддерживать однажды наложенную иллюзию без затраты энергии его носителя. Артефакт этот был выполнен в виде серебряного кольца с раухтопазом, и Шайн теперь все время носила его на указательном пальце, создавая для окружающих видимость обычных зеленых глаз. Но для Верховной, разумеется, эта иллюзия не была помехой.
– Честно говоря, я пока не заметила каких-то перемен в себе, – призналась Шайн. – Да и зрение это... Я, конечно, лучше вижу, даже на больших расстояниях, но...
Верховная тихо и мелодично рассмеялась, прерывая ее.
– Это придет, сестра, дай себе время. Уверена, вскоре тебя ожидает одно очень удивительное открытие. Что же касается твоих глаз, то они не для этого мира. Выйди за пределы.
– Что... Что это значит? – спросила Шайн, но королевы ведьм уже не было рядом, только мелькали среди деревьев отсветы ее золотистых, сияющих волос.
– Франциско, ну зачем ты того оборотня книгой ударил?
– Он сам напросился! Видела, как удирал? Чувствует свою вину, поганец.
– Он удирал, потому что решил, что ты его чернокнижным артефактом долбанул! Их книги – эта та еще пакость: кусаются, плюются, режут пальцы бумагой, а самые мощные еще и матом ругаются. При ударе такой томик вполне может выплюнуть какое-нибудь проклятье!
– Серьезно? Зачем же они тогда таскают их с собой? – удивился инквизитор.
– Ну на хозяина-то она не набрасывается, – пояснила Рута. – Только на чужих.
– Ну тогда этому паршивцу повезло, что у меня с собой не чернокнижный артефакт, а перепись извращений всея Пловдива.
– Но так еще обиднее! Что он такого тебе сказал?
– Что ночь хочет провести.
– Ну сколько можно? – закатила глаза Рута. – Я же пообещала, что не пойду ни с кем...
– Да не с тобой. Со мной, – мрачно буркнул Франциско.
Пару секунд Рута непонимающе смотрела на него, а потом громко, заливисто расхохоталась, от чего инквизитор помрачнел еще больше.