– Можно просто Франциско, – улыбнулся инквизитор, пожимая руку сначала мужчине, а потом протягивая ее вошедшей за ним девушке со светлыми, коротко остриженными волосами.
Девушка вспыхнула и робко пожала протянутую ей руку.
– А вы, должно быть, панны Драго, сестры хозяев таверны? – дружелюбно обратился пожилой инквизитор к обеим девушкам, стоящим за прилавком. – Я – Богуслав Микша, рад знакомству!
Ведьмы переглянулись и синхронно кивнули, стараясь ничем не выдать раздражения, появившегося при упоминании «хозяев таверны».
– Ну, хозяюшки, чем угостите? – продолжал довольно улыбаться Микша, присаживаясь за ближайший к прилавку столик. – Франциско говорит, что готовите вы отменно!
– Ох, благодарим вас, пан Микша, – чуть присев в реверансе, зарделась Шайн. – Настоятельно рекомендую рыбу. Свежайшая, только что из реки.
– Можете пока посмотреть наше меню, – проворковала Рута, выходя из-за прилавка и вручая два плотных листка бумаги Микше и Серафине. – А вы, пан Ваганас, меню не читаете, я помню.
Рута с вызовом поглядела на него и, уже собираясь уходить, наклонилась и прошипела в самое ухо:
– Мигель, значит? Этого ты мне не говорил.
Франциско хотел что-то ответить, но Рута уже отошла от их столика и скрылась за прилавком.
– Мы, пожалуй, последуем вашему совету, панна Драго, и закажем рыбу, – произнес Микша спустя некоторое время изучения меню, – к тому же Сера до нее большая охотница.
Он захихикал над собственным каламбуром, а Серафина вновь покраснела и уронила вилку, которую держала в руке.
– У вас здесь очень уютно, панны, – одобрительно покивал головой пожилой инквизитор и вдруг застыл. – Только вот странный выбор картин…
Франциско проследил за его взглядом и беззвучно выругался. Про эпическое полотно, изображающее искушение священника суккубом, он совершенно забыл.
– Впрочем, о вкусах не спорят, – пожал плечами Микша. – Это, кажется, поздний академизм?
– А это ведь вы тот самый инквизитор, что поймал Бяло-Подлянскую ведьму три года тому назад? – наконец, осмелилась спросить Серафина, бросая на Франциско застенчивый взгляд.
– Да, – выдавил тот в ответ, глядя на Руту, принесшую охотнице чистую вилку.
– Спасибо, – прошептала Серафина, съеживаясь под ледяным взглядом ведьмы с застывшей улыбкой на лице.
– Молодой человек скромничает, – благодушно проговорил Микша, глядя на Франциско. – Та ведьма была настоящим наваждением всей округи и имела на счету уже немало убитых или зачарованных охотников и инквизиторов, когда пан Ваганас, наконец, до нее добрался.
Ледяной взгляд Руты обратился на Франциско, Серафина же просияла словно начищенный самовар.
– Я говорю «молодой человек», хотя на самом деле мы практически ровесники, – продолжил Микша с некоторой завистью в голосе. – Сколько вам лет, Франциско? Семьдесят?
– Семьдесят один, – поправил тот.
– Как же это возможно? – опешила Серафина. – Вам же не дашь больше тридцати!
– Я родился чародеем, а они, как известно, долго живут и медленно стареют. Я лишился возможности пользоваться своими силами, когда ушел в Инквизицию, но на продолжительности моей жизни это существенно не сказалось. Хотя я, вероятно, проживу все же меньше среднестатистического чародея.
– А вы оптимист, Франциско, – подмигнул ему Микша. – При нашей с вами работе дожить хотя бы до сорока – уже чудо!
– Вы же, однако, побили и этот рекорд, – улыбнулся ему Франциско.
– А все потому, что хранил бдительность, не забывал об осторожности и не лез на рожон, – назидательно произнес старик, обращаясь к Серафине. – Чего и тебе желаю, моя дорогая.
Охотница привычно отмахнулась и снова обратила на Франциско восхищенный взгляд.
– И вам не жалко было оставить магию? Это ведь такая … сила!
– Я посчитал, что как инквизитор принесу больше пользы, чем как чародей, – ответил ей Франциско.
– И это верно, – кивнул Микша. – Что толку в сидении по башням да замкам над пыльными фолиантами. С чудовищами да ведьмами проклятыми бороться – совсем другое дело!
Рута, прислушивавшаяся все это время к разговору, не выдержала и ушла на кухню.
– Ишь, глазки она ему строит, мерзавка! – выпалила она, хватая нож и принимаясь яростно рубить овощи для салата.
– Ру? – недоуменно обернулась к ней Шайн, переворачивавшая рыбу на сковородке.
– «И не жалко вам было магию оставить?» – писклявым тоном передразнила Рута охотницу и так резко рубанула по огурцу, что половинка его перелетела через полкухни и приземлилась прямо в соусницу, расплескав ее содержимое по столу.