Девушки неуверенно переглянулись. Не веды и не невесты. Ступившие на путь тьмы, потерявшие все, что было для них дорого и важно... Что изменит еще одна потеря? По сравнению с остальными она столь незначительна... Рута увидела в глазах Шайн отражение своих же собственных мыслей и, вздохнув, сжала кулаки, после чего ответила за них обеих:
– Согласны.
14-е, месяца змеегона, года 388 от основания Белокнежева.
Безымянный остров в Жемчужном море. Ночь.
Шайн уже давно задремала, обернувшись в пару одеял и прижимая к груди пушистый комочек урчащего фелиса, а Руте все не спалось. Как она может так спокойно спать с этим чудовищем в обнимку?! И не страшно же. Демон демоном, но и мозги иметь надо! Интересно, а если он ее сожрет, она прямо в нем и возродится, разорвав пространственный карман, которым, очевидно, пользуется это существо? Или придется подождать, когда он ею испражнится? Тьфу, что за мысли, мерзость какая...
– Ру, давай его оставим!
– Ты это от змея дебильного заразилась?
– Ну смотри какой милый!
– Мря!
– Вот видишь! Ну Ру!
Они смотрят одинаково большими, крайне печальными и умоляющими глазами, и ведьма сдается.
– Убирать за ним сама будешь. Страшно представить сколько он нагадит после такого ужина, – ворчит она. – Что ты за ведьма такая, Шайни, к тебе даже самые мерзкие монстры как к родной мамуле липнут.
– Мррррр.
– Может, я и есть их мамуля? Зря мы, что ли, столько монстров клепаем...
Ру поворошила угли от костра и поднялась. Холодно тут не было, но костер оказался очень кстати, частично высушив их одежду и разогрев холодное мясо.
Встав, она прошла вдоль мерцающей стенки. Удивительно, будто бы не камень, а один гигантский светлячок, вмурованный в стену светящимся брюшком, а уж сколько узоров...
Она сама не заметила, как вышла из зала и прошла в следующий, уходя все дальше и дальше, ведя ладонью по светящейся, теплой и гладкой, словно стекло, стене, пока в нос ей не ударил тошнотворный запах.
Скривившись и закрыв нос ладонью, она прошла ему навстречу, пока наконец не увидела источник вони.
Трупы. Десятки трупов, уже успевших основательно разложиться и даже развести в своей плоти орды личинок. Они лежали целыми кучами едва ли не друг на друге, жуткие, искореженные. Кое у кого были оторваны головы и иные конечности, у других проломлен череп или же позвоночник, несколько трупов больше напоминали лепешки, чем останки.
А над всем этим летала остаточная энергия темного колдовства. Очень знакомого колдовства.
Преодолевая тошноту, девушка отняла руку от носа и, пересилив себя, глубоко втянула воздух в легкие, вместе с ним впитывая и остаточную энергию небрежно разлитых в воздухе сил.
А спустя минуту уже неслась назад – к Шайн.
Глаза ее стремительно чернели.
Шайн разбудила хлесткая пощечина. Он подскочила, машинально ловя занесенную руку сестры за запястье, и с силой оттолкнула ее, поспешно вскакивая. Сонно мрякнув, с нее скатился обожратый фелис, но и не подумал проснуться, вместо того сворачиваясь клубочком и утыкаясь носом в свои же собственные лапки.
– Ты охренела?! – воскликнула Шайн. – Какой бес в тебя вселился?!
– Это ты охренела!! Почему, дери тебя Дар’Тугу за жопу, я обнаруживаю следы твоих – наших! – сил в комнате, полной трупов?! Ты так, что ли, по ночам развлекаешься?!
Шайн дернулась, прижимая руку к груди, и зло взглянула на сестру.
– Как я по ночам развлекаюсь, не твое дело! Я же к тебе не лезу, вот и ты прояви уважение!
– Какое еще, к бесам, уважение?! – орала Рута. – Я по ночам не уничтожаю людей десятками! Нельзя оставлять такие приметные следы, ты же можешь привлечь к нам пристальное внимание инквизиторов!
– Тебе ли беспокоиться о пристальном внимании инквизиторов? – фыркнула та в ответ.
– Что?! Да что с тобой происходит в конце концов?!
– Ты со мной происходишь, идиотка! – взорвалась Шайн. – На протяжении всей моей жизни со мной происходишь именно ты! Все всегда происходит из-за тебя! Если бы только я тебя не встретила... Если бы только Ксандер не пошел к тебе искать те Дар’Туговы кольца! Может быть, мы с ним бы жили долго и счастливо и умерли полторы сотни лет назад! А теперь ты развлекаешься со своим долбанным инквизитором и еще смеешь спрашивать, что со мной происходит?!