– Да причем тут вообще Франциско?!
– Он – ни при чем! Дело всегда в тебе, ведьма! Это из-за тебя мне вновь пришлось пережить жертвоприношение!!!
– Ч... Что?!
Шайн, тяжело дыша, отвела взгляд. Она не хотела говорить об этом, но даже не подозревала, как глубоко сидит в ней обида, разъедающая любовь к сестре, словно уксус – тонкую кожу на запястье.
– Меня похитили в твой день рождения, – глухо произнесла она. – Притащили сюда и принесли в жертву какому-то своему божку. Они не учли лишь, что убивать меня нужно было в мейтрине – тогда бы я не вернулась и не убила бы их. Всех. А ты меня даже не искала! Даже не обеспокоилась, когда я исчезла! Ты трахалась с Франциско, пока меня убивали! Снова!!!
– Ты оставила записку, и я подумала… Я удивилась, что тебя нет, но решила, что ты оставила нас вдвоем специально... – Ру в ужасе смотрела на нее. – Почему ты не сказала?!
– Зачем? Я же и впрямь оставила записку – зло рассмеялась ведьма и наконец взглянула на сестру пронзительным темным взглядом. – А что до остального... Я им все равно уже воздала по заслугам.
– Ты должна была сказать мне! Понимаешь, должна, Шайн! Мы с тобой – одно целое, поделенное на две части. Мы сестры, нельзя допускать, чтобы...
– Нет.
– Что – нет?!
– Мы – не одно целое. И мы не сестры. Мы два совершенно разных человека, которых по странной прихоти судьбы однажды перекрутило вместе, как рагу в гигантском котле, и, покалечив, выбросило обратно. Мы вынуждены были выживать вместе потому, что это было удобно и практично. Но так больше продолжаться не может! Мы слишком долго живем вместе и сейчас, наконец-то, близки к нашей цели, как никогда раньше!
– Что ты хочешь сказать? – сдавленно произнесла Рута. В груди было горячо и больно, и на глазах девушки выступили непрошеные слезы. Не сестры...
– Я хочу сказать, что, как только мы избавимся от демонов, мы разъедемся в разные стороны и будем строить свои жизни вдали друг от друга. Я просто так больше не могу, Ру. Мы всегда строили планы на будущее, но окончанием всего было то, что мы убьем братьев и освободимся от демонов. А что дальше? Что ты будешь делать дальше? Ты когда-нибудь думала?
– Нет... Я всегда боялась загадывать... А что собираешься делать ты?
– Когда-то я хотела умереть, – Шайн наклонилась и взяла на руки фелиса, проводя ладонью по его хребту. Тот охотно замурчал ей на ушко свою мелодию. – Отомстить, а потом прийти на его могилу и лежать там, пока не умру. В моем воображении это было так красиво, благородно и правильно! Но время... – она зло усмехнулась, – способно освобождать разум от подобных глупостей. И теперь я думаю, он разозлится на меня, если я приду раньше срока. Ничего, рано или поздно мы все равно воссоединимся, но до того... Я хочу попутешествовать по миру. Не так, как когда мы искали братьев, а по-настоящему, в свое удовольствие, как мы когда-то с и хотели с Ксандером... Осесть в каком-нибудь приморском городке, не такой дыре, как Крогенпорт, а где-нибудь, где круглый год тепло и с моря веет свежестью, а не сточными водами. А потом... Не знаю. Просто жить. Восполнять то, чего была лишена долгое время. Может быть, открыть другую таверну, не для нечисти – для людей...
Рута молчала. Она с грустью смотрела на Шайн, но не решалась сказать ни слова. В зеленых глазах сестры она видела все это – ее теплую мечту, наполненную солнечным светом и ароматом апельсинов, она была уже там, в ней, мыслями – уже сейчас и неизбежно – где-то в будущем.
– Шайн... – позвала она ту. – Мы можем строить свои жизни отдельно и жить где угодно в этом мире. Нам совершенно не обязательно для этого навсегда расставаться.
Сестра грустно улыбнулась и, посмотрев на нее, покачала головой.
– Нет, – ответила она. – Обязательно.
39-е, месяца суховея, года 190 от основания Белокнежева.
«Пивная братьев Драго». День.
Глаз в черной подвеске раскалился добела и вдруг – лопнул, оставив на пальцах девушек мелкую серую пыль.
Рута брезгливо стряхнула ее с пальцев и посмотрела на Шайн. Их лица отражениями друг друга искажала одинаковая гримаса разочарования.
– «Решайте быстро. Решайте сейчас», – повторила Шайн. – И что, Дар’Тугу подери, нам это дает?!
– Знание того, кто навел братьев на «светлую» мысль стать чародеями? – произнесла Рута и тоже вздохнула.
– Да зачем мне это знать? Мне нужны братья, а не этот... Рейн? Да, мы знаем теперь, как все это началось, но какой в этом прок? Мы до сих пор не в курсе, куда смылись Мельхиор и Арчибальд.
– Наверное, мы что-то сделали не так...