– Никуда ты не пойдешь и ничего никому не скажешь, Бозидар. Про меня ты можешь разве что рассказать, как я на пьяную голову трепался о покупке айолы. А вот я по щелчку пальцев могу лишить тебя жены, карьеры, а то и свободы. Хочешь проверить? Нет? Так я и думал. У тебя сутки на размышления. Завтра в то же время на этом месте. Да, и спасибо за пиво.
Мельхиор залпом прикончил вторую кружку и вышел в духоту сенокосного дня.
32-е, месяца змеегона, 388 года от основания Белокнежева.
Пловдив.
Бозидар Дворкевич, посол в Руану от Белокнежева, захлопнул резную крышку дорожного сундука и оглядел комнату. Все уложил? В дверь требовательно постучали, и Бозидар вздрогнул. Кого там еще принесло?
– Цветы не хотите купить, пан? – жизнерадостно возвестила стоявшая на пороге зеленоглазая девушка с охапкой тюльпанов.
Посол отрицательно помотал головой и хотел было захлопнуть дверь перед носом цветочницы, но та проворно вставила изящную ножку между дверью и косяком и, оттирая хозяина дома плечом, вошла внутрь.
– Уверены? Из Бяло-Подлянска тюльпаны, свежие, всех расцветок! Тут и красные есть, и желтые, и фиолетовые…
– Да что ты себе позволяешь?! – вскипел Дворкевич. – Ты хоть знаешь, кто я такой? А ну, убирайся из моего дома!
– Если пан не желает покупать, – раздался от двери другой голос, и Бозидар вздрогнул, уставившись на вторую девицу, появившуюся словно из ниоткуда, – то, может, продаст?
Девица, хитро улыбаясь, подбрасывала на ладони зеленоватую монетку, и посол почувствовал, что не может оторвать от нее глаз.
– Что… Что вам нужно? – заплетающимся языком пролепетал он.
– Сущий пустяк, – усмехнулась зеленоглазая цветочница. – Нам нужен человек, для которого ты провозишь в страну айолу.
– Я давно его не видел, – говорит Бозидар, завороженно глядя, как зеленоглазая девушка хозяйничает на его кухне, ставя чайник на огонь и доставая чашки из буфета. – Когда-то он вел все дела сам и контролировал весь рынок, но в последнее время, говорят, больше заинтересован в употреблении своего продукта, чем в его продаже.
– Но где его найти, ты знаешь?
– Не могу я вам сказать, панны! Он же убьет меня! – Дворкевич нервно подпрыгивает на стуле. – Если бы вы знали, чего мне стоили эти двадцать лет! Я не могу!
– Не отвлекайтесь, господин посол, – миролюбиво произносит сидящая напротив девица. – Скажите, что мы хотим знать, и сможете уехать в свою дорогую Руану быстрее, чем эта монетка коснется земли.
Зеленоватый кругляш взлетает в воздух, и Бозидар вновь не может отвести от нее глаз.
– Я знаю, где его дом, но вам туда не попасть. Он надежно защищен заклинаниями, мощными, странными. Вроде небрежно, но я бы не смог пробить. Войти могут только определенные люди.
– Кто?
– Двое его ближайших помощников. И Ребека.
4-е, месяца чернорода, 373 года от основания Белокнежева.
Пловдив.
Сквозняк гоняет пожухлые листья, клочки бумаги и прочий мелкий сор по просторному складскому помещению на окраине столицы. Посреди помещения стоит массивный, грубо сколоченный стол. Тяжелый бронзовый подсвечник придавливает стопку бумаг, в неровном свете свечи тускло блестят разбросанные по столу монеты.
– Ну, что там? – отрывисто спросил сидящий за столом Мельхиор у Радована.
Тот поднес листок бумаги поближе к источнику света и пробежал по нему глазами.
– Это от посла. Пишет, что поставка задерживается – на границе Руаны какие-то беспорядки, всех обыскивают и не выпускают. Придется подождать.
Лицо Мельхиора исказилось от гнева.
– Я и так уже давно жду! Надо бы напомнить дорогому послу о его обязанностях… Его младший сын ведь поступил в Академию в этом году? – Радован кивает, но Мельхиор обращается в основном к самому себе и вдруг резко ударяет кулаком по столу. – Проклятье! Какого лешего тут так холодно?!
– Крыша прохудилась, босс. И щелей много… – торопливо подошел к нему один из его людей, виновато разводя руками.
– Ну так заделайте их, Дар’Тугу вас дери! Я за что вам деньги плачу?! Убью всех, нахрен, если в следующий раз почувствую хоть намек на сквозняк!
Несколько человек тут же бросились в разные стороны – искать, откуда дует. Мельхиор же потянулся к початой бутылке рома, стоящей на столе. «Колодец Закополы» – крогенпортский ром. Проклятый город ему недавно снился. Снилась та ночь, когда братья Драго стали чародеями. Во сне мертвая девушка открывала горевшие синим огнем глаза, и он леденел под этим взглядом. Мельхиор поморщился, вспомнив сон, и потер левое ухо, которому до целостности не хватало небольшого кусочка.