– Леди, – едва заметно кивнула первая, и Роксана нахмурилась – что она себе позволяет?! Впрочем, это явно деревенские девки, такие о манерах, наверняка, знать ничего не знают.
– Леди, – продолжила она, – мы хотели бы вам помочь избежать данного брака.
Сердце Роксаны заколотилось. Избежать? Нет, нет, нет! Как можно вообще предположить, что она может хотеть такое! Сама не заметив когда, девушка швырнула гребень в говорящую, и завопила:
– Вон! Вы с ума сошли?! Вон!! Никто не остановит мою свадьбу с Максиком!
– Максиком? – с каменным лицом переспросила рыжая.
– Да! Он самый лучший, самый умный, самый благородный, самый щедрый, самый красивый и милый, а еще он... – задыхаясь вопила девушка. Сестры переглянулись.
– Ру, кинь-ка монетку.
– Зачем?
– Проверю кое-что.
Пожав плечами, девица с дебильным выражением на лице достала из передника грязный кругляш.
– Эй, смотри сюда! Так Максик просил! – и подкинула монетку вверх.
– Максик? Конечно! Я... – не договорив, девица вдруг упала на пол, причем – лицом вниз, да всем прикладом.
Сестры синхронно зашипели от сочувствия.
– Ты чего ее не ловишь?
– Они у тебя как-то раньше аккуратно сползали! И медленно. Чего она рухнула, как подкошенная?
– Да кто ее знает. Что ты хотела проверить? – бронзовая монетка снова спряталась в передник.
– Сейчас, – Шайн торопливо подошла к леди и перевернула ее лицом вверх. К счастью, пушистый ковер спас девушку от перелома носа, а вот ушиб явно будет. Ведьма провела ладонью над ее головой и хмыкнула. – Так я и думала. Приворот! Причем не абы какой, а колдовской, на волосы к крови привязана.
– Снять сможешь эту гадость?
– Смогу. Посторожи дверь.
Вытягивать глубоко засевшую в теле, голове и груди девушки энергетическую ленту было зверски тяжело. Та шла туго, обжигала пальцы и так и норовила оборваться. Но Шайн все же справилась, после чего незамедлительно сожгла мерзкое колдовство и вытерла об одежду невесты руки.
– Готово. В коридоре кто-нибудь есть?
– Никого.
– Тогда я бужу ее.
Однажды Роксане повезло, вернее, не повезло оказаться на Благодать в Крогенпорте – на ту зиму ее отправили к старой и благовоспитанной тетушке, которая должна была обучить юную девицу азам поведения при королевском дворе, в чем та, прямо скажем, не слишком-то преуспела.
Так вот, о Крогенпорте… Первый день на новом месте ознаменовался очень неприятным событием. Едва взошло солнце, колокола святого собора начали звонить и не замолкали ни на мгновение аж до заката. Это был самый ужасающий день в жизни девушки: небольшая головная боль быстро переросла в мигрень, потом поднялось давление, и кровь, хлынувшая из носа, замарала ее любимое платье. У юной леди на фоне всего вышеупомянутого случился нервный срыв, и только под конец дня спокойно пившая чай тетушка вдруг вспомнила, что у любимой племянницы нет ушных затычек!
Сейчас Роксане казалось, что она вернулась в тот дом на центральной площади. Колокола в ее голове звонили с такой же яростью и силой, как в памятный день, вызывая боль и мигрень. Преодолев себя, девушка открыла глаза.
Над ней склонились две деревенские мордахи с одинаково заинтересованными выражениями лиц.
– Леди все еще желает выйти замуж за, хм, Максика? – осторожно поинтересовалась одна из них, помогая ей подняться. Соображала Роксана еще туго, но когда до нее дошло...
– Что со мной было? – глухо спросила она, уже совершенно по-другому глядя на девиц. Одна из них вдруг ухмыльнулась и достала из широкого кармана серебристую трубку, с большим опытом забивая ее стружкой какой-то вонючей дряни.
– Драго... мир вас приворожил, леди, – пояснила ей вторая, рассматривая ее странными, черными глазами, дико смотрящимися на бледном, даже можно сказать белесом, лице. Даже гипнотизировать не придется, чудесно.
– И мы думаем, – продолжила первая. – Что мы с вами можем помочь друг другу.
– Вы собираетесь навредить пэру чародею? – осторожно спросила Роксана, не смея верить в такую удачу.
– Мы собираемся его убить, леди, – без улыбки ответили ей.
Пауза. И горящие гневом глаза молодой девушки в контрасте с ее ледяным – истинно аристократическим – и решительным тоном.