— Его называют Ночным видением, — в голосе Исаньи проскользнула нежность. — Этот цветок не терпит яркого света. Пересадите его на солнце — и он увянет за считанные часы. Ночное видение выбирает тень, а пыльцу отдаёт лишь ночью. Но найти его несложно: даже сейчас его метки светятся. Представьте, как они сияют в темноте…
Ученики замерли, заворожённые зрелищем. Колин не мог оторвать глаз. В этом цветке было что‑то… знакомое. «Он словно прячется ото всех, — подумал он. — Как я. Скрывается в тени. И умудряется там выживать, без солнца! Может быть и у меня есть шанс?»
Исанья достала из кармана узкую прозрачную баночку с плотно пригнанными крышками.
— Теперь о сборе пыльцы. Прежде всего подготовьте тару. Подойдёт что угодно — даже ведро, — но с плотной крышкой. Иначе все усилия пойдут прахом. Волшебная пыльца испаряется мгновенно. Промедлите — и она исчезнет в магических потоках.
Она сделала паузу, обводя класс строгим взглядом.
— Поэтому рекомендую использовать специальные сосуды — пылянки. Они устойчивы, герметичны и не разобьются без вашего желания. Сегодня я раздам вам несколько — чтобы мотивировать посещать сад и собирать пыльцу разных растений. А то за прошедшие дни никто из вас так и не удосужился прийти сюда с этой целью!
Кто‑то опустил глаза, кто‑то поспешно отвёл взгляд. Колин почувствовал, как внутри шевельнулось чувство вины. Он действительно ни разу не зашёл в сад — то ли из‑за страха перед неизвестным, то ли из‑за неуверенности, что сумеет там что-то найти.
— Учитель, а почему у пылянки две крышки? — раздался любопытный голос одного из учеников.
— На самом деле крышка здесь только одна — белая. Её нужно открыть, чтобы добыть или использовать пыльцу, а затем плотно закрыть, иначе всё испарится. Чёрная часть внизу — это ограничитель. Он не открывается, а лишь крутится влево или вправо. С его помощью вы задаёте точное количество пыльцы для извлечения. В следующий раз, открыв пылянку, вы получите ровно столько, сколько установили, — чётко и без потерь.
Исанья величественно взмахнула рукой — в воздухе возникло множество пылянок. Они плавно разлетелись к ученикам. Ребята с трепетом принимали сосуды, внимательно изучая непривычную конструкцию.
Колин провёл пальцем по прохладному стеклу. На вид — обычная баночка, которая разобьётся от малейшего удара… Но он уже понимал: в Магическом мире внешность почти всегда обманчива.
— Когда подготовите тару, можно приступать к сбору, — продолжила Исанья, с тёплой улыбкой оглядывая класс. — Подойдите к цветку, откройте крышку и чётко произнесите: «Пыльца, соберись!». Тогда начнётся волшебство: сотни мельчайших зёрнышек поднимутся в воздух и послушно опустятся в вашу пылянку. Ни секунды промедления — сразу закрывайте крышку!
Она сделала паузу, обводя всех внимательным взглядом.
— И да, сегодня я не случайно привела вас сюда и выбрала именно Ночное видение. Кто помнит, когда можно собирать его пыльцу?
— Если позволите, я помню, — поднял руку Оливер. — Только ночью.
— Верно! А теперь задание к следующему уроку: принести пылянку, наполненную сонной пыльцой.
По классу прокатился разочарованный шёпот. Никто не горел желанием бродить по саду в свободное время — тем более ночью.
— Сонную пыльцу можно использовать по‑разному, — невозмутимо продолжила Исанья, словно не замечая общего недовольства. — Первый и самый распространённый способ — сдуть на существо. Через минуту оно погрузится в сон. Но есть и второй, о котором многие забывают. Не зря цветок зовётся Ночным видением: если подмешать пыльцу в еду или питьё, сон наступит лишь с приходом темноты. И будет он глубоким — ничто не разбудит до рассвета.
Колин снова посмотрел на цветок. Чёрные лепестки с россыпью звёздных точек будто мерцали в полутени. «Без магических способностей… я ведь не смогу собрать пыльцу, — задумался он. — У меня не получится»
Он сжал в ладони пылянку. Стекло оказалось неожиданно прочным.
«Я не сдамся. Буду пробовать, пока здесь учусь», — уверенно подумал Колин и убрал пылянку в карман.
***
Занятия в звёздном классе всегда начинались с наступлением сумерек — когда мир за окнами постепенно тонул в густой синеве, а реальность словно размывалась по краям.