— Ты так долго!
— Извини, Агнесс, — бросил он, и в его голосе скользнула едва уловимая раздражённая нотка.
Колин замер рядом, внимательно разглядывая незнакомца. На вид — лет восемнадцать. Высокий, стройный, со светлыми волосами, которые то и дело падали на глаза. Он машинально откидывал их назад, но в этом жесте не было небрежности — лишь доведённая до автоматизма привычка. Улыбка на его лице выглядела приветливо, но взгляд оставался холодным, отстранённым, будто за вежливой маской скрывалась ледяная дистанция.
Что‑то в его облике казалось знакомым. Колин напряжённо пытался вспомнить, где мог видеть этого парня, но память молчала.
— Вы меня не слышите? — снова попытался он, но его голос словно растворился в воздухе.
Агнесс по‑прежнему смотрела на пруд, погружённая в свои мысли. Юноша тем временем взял у неё тетрадь.
— Какое заклинание у тебя не получается? — спросил он, быстро перелистывая страницы.
Девушка не ответила. Её взгляд был устремлён вдаль, словно она видела что‑то недоступное остальным.
— Агнесс? — повторил он с лёгким раздражением.
— Ты видел лебедей? — наконец отозвалась она мечтательно. — Мне бы хотелось плыть так же… вместе с тобой.
Он бросил на неё осуждающий взгляд, покачал головой — будто разочарованный её наивностью.
— Вот это? — он поднёс тетрадь к её глазам.
Она молча кивнула.
— Можно заменить на другое, — сказал он с лёгкой снисходительностью. — В твоей работе необязательно использовать именно это.
— Да… — Агнесс глубоко вдохнула, её голос смягчился. — Как я люблю этот запах. Ты чувствуешь?
Колин невольно закрыл глаза и втянул воздух. Цветочный аромат окутал его — многослойный, головокружительный: то цитрусовая свежесть, то медовая теплота. Только теперь он осознал, насколько этот парк пропитан романтикой: пение птиц, лебеди, плывущие в идеальном ритме, вечное лето… Всё вокруг дышало любовью и магией.
— Я понял! — внезапно воскликнул юноша, и его голос зазвучал уверенно. — У тебя ошибка в заклинании. Смотри: ты нарисовала этот знак слева. В таком положении он работает иначе. Помнишь, что говорил преподаватель…
— Виктор! — перебила Агнесс с обидой в голосе. Её тон был укоризненным, чуть дрожащим.
Колин моргнул — и очнулся. Вокруг столпились Ястребы. В их взглядах — не просто беспокойство, а настоящий страх.
Он с трудом приподнялся на локтях. По лбу стекал холодный пот, голова кружилась так, что комната плыла перед глазами.
— Ты как? — Сэмми наклонился ближе, голос дрожал.
— Всё нормально, — Колин вытер лоб, стараясь говорить ровно. — Что-то случилось?
— Конечно, случилось! — Кларк почти выкрикнул.
— С кем?
— С тобой! — Майк наклонился вперёд, в его голосе звенела тревога.
— О чём вы?
Колин попытался встать — и тут же обессиленно опустился обратно. Силы будто выкачали за одну секунду.
— Ты не дышал, — тихо сказал Кларк. — Совсем.
— Как это?
— Ни вдоха, ни выдоха. Тишина, — Грей попытался улыбнуться, но вышло криво. — Как мумия. Только тёплая.
Колин смотрел на друзей, пытаясь осмыслить слова. Сердце колотилось о рёбра, ладони стали влажными.
— Вы… уже завтракали? — выдавил он вопрос.
Ребята переглянулись. В их глазах читалось: «Он в порядке? Точно?»
— Мы собирались идти, — Сэмми сделал паузу. — Решили тебя взять с собой.
— И вовремя, — Кларк выдохнул с явным облегчением. — Кто знает, что могло случиться…
— Да перестаньте, — Колин попытался улыбнуться. — Со мной всё в порядке.
— Точно? — Майк не отступал.
— Точно.
— Раньше такое было? — Рой смотрел пристально.
— Нет. Я бы запомнил, — Колин сглотнул.
Он глубоко вдохнул, чувствуя, как понемногу возвращаются силы. Попробовал встать — на этот раз получилось.
— Пойдём в столовую, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Колин шагнул к двери первым. Он чувствовал на себе взгляды друзей — настороженные, изучающие. Внутри всё дрожало от страха, но снаружи он держался. Нужно было держаться.
Глава 24
За завтраком Колин чувствовал себя паршиво. Ястребы опекали его так, будто он вдруг стал беспомощным.
Он подавился компотом — все разом вскочили и заколотили по спине. А по пути на урок он слегка оступился — и тут же оказался в кольце друзей, которые схватили его за руки, будто он сейчас упадёт. Забота была искренней, но раздражала.
— Хватит! — резко бросил Колин.
Он вошёл в аудиторию по Истории и плюхнулся за парту. Даже когда Арстиниус начал урок, друзья продолжали коситься на него.