— Вампир так же опасен, как оборотень, человек, нимфа, колдун или призрак. Всё зависит лишь от того, добрый он или злой. Своим укусом вампир действительно может убить — если выпьет слишком много крови.
«Значит, всё как у нас, — мысленно заключил Колин. — Нет абсолютного добра и зла, есть выбор».
Его взгляд рассеянно скользнул по окну, где первые лучи солнца пробивались сквозь облака, освещая тающие сугробы. Весна действительно наступала — время перемен и новых возможностей.
— Есть среди них так называемые кровоманы — те, кто высасывает кровь не ради утоления жажды, а ради удовольствия. Для них кровь превращается в роковую привычку. Чем больше пьют, тем крепче она приковывает их к себе. А если убьют жертву, попадут в Чёрную книгу. Всем о ней известно?
Колин вопросительно посмотрел на Сэмми, но тот был поглощён рассказом и взгляда не заметил.
— Помимо обычных магических способностей, у каждого вампира есть особая сила — вампирическая. Чтобы её применить, вампир должен чётко понять, чего хочет от жертвы, а затем выполнить особый укус. И тогда желание непременно сбудется!
Арстиниус начал перечислять виды укусов — от самых мягких до жесточайших:
— Сильный, резкий, с отпечатками и без, с кровью и без… Каждый применяется в определённом случае. Только опытный вампир способен выбрать верно.
Оливер поднял руку:
— Учитель, а правда ли… — голос перешёл на шёпот, — что вампиры могут обратить любое существо в себе подобного?
— Изменить его вид? — уточнил Арстиниус. Мальчик дрогнул и кивнул. — Да.
В аудитории воцарилась мёртвая тишина. Колин резко отложил ручку — лицо побледнело. «Неужели вампиры самые могущественные существа в этом мире?»
Преподаватель обвёл учеников спокойным, но пронизывающим взглядом и слегка улыбнулся:
— Раньше считалось: если вампир выпил из жертвы слишком много крови и убил её, следующей ночью она восстанет из могилы… — голос стал мрачнее. — Поменяет вид и превратится в неукротимого кровопийцу, который начнёт нападать на всех без разбора, пытаясь утолить жажду.
По аудитории пробежал трепет — ученики переглянулись, кое‑кто поёжился.
— Таких неуправляемых называли упырями, — учитель сделал паузу. — И знаете что? Даже сейчас это прозвище способно довести вампира до белого каления. Будьте осторожны с оскорблениями. Я всегда призываю относиться друг к другу с уважением.
Арстиниус понизил голос:
— Чтобы избежать превращений, родственники клали жертве в рот камень, хоронили в деревянном гробу. Какое‑то время это помогало… Существа жили спокойно, не боясь воскрешения.
Но тут учитель поднял указательный палец, словно останавливая время, и глаза его сверкнули:
— Правда открылась лишь спустя годы. Вампиры не могут так просто изменить вид другого существа. Требуется выполнить сложный и опасный укус, а затем — добавить в рану свою кровь. Она засияет необычным, почти мистическим цветом.
Он обвёл взглядом притихших учеников:
— После этого ни камень, ни гроб, ни что‑либо другое уже не помешает превращению. С рассветом существо полностью поменяет вид… И проснётся настоящим вампиром, а не упырём, как многие думали.
Учитель поднял руки в успокаивающем жесте:
— Прошу не забивать голову мрачными мыслями и не поддаваться страху. Даже самые опытные вампиры крайне редко решаются на обращение.
Голос стал серьёзнее:
— Для этого нужно укусить жертву в строго определённое место до крови. Ошибиться нельзя даже на миллиметр… Иначе создание умрёт за считанные секунды. А вампиры всё же не убийцы. Они решаются на обращение лишь в одном случае — если сильно полюбят существо другого вида.
Ученики переглянулись. Колин отчаянно пытался найти логический смысл в этих словах, но безуспешно.
— Разве если любишь, то будешь рисковать жизнью дорогого тебе создания? — протянул Оливер.
— Вопрос абсолютно правильный, — кивнул Арстиниус. — Но... у каждого вида свои правила. Вампиры — не исключение. Связывать себя узами брака они могут только с себе подобными.
Ник поднял руку:
— А если всё же случилось так, что вампир и… скажем, нимфа полюбили друг друга?
— Обычно такие пары обречены на расставание, — с грустью ответил Арстиниус. — Им запрещено жить вместе, запрещено заводить детей. Они могут попытаться сбежать, но если их найдут — вампира ждёт казнь…
— Но кто‑то ведь всё же решается на обращение? — настойчиво спросил Ник.