— О — это не тот ответ, который я искал, Миша. — строго говорит он.
Я на секунду кусаю нижнюю губу и медленно вздыхаю.
— У меня нет семьи, Винсент. Это буквально только мама и я. Не с кем знакомить, правда. — пожимаю я плечами, пытаясь отмахнуться от этого как от неинтересного.
Винсент обхватывает пальцами мое горло и заставляет меня встретиться с ним взглядом.
— Я хочу познакомиться с твоей семьей. С твоей матерью. Она большая часть твоего мира, а ты — большая часть моего мира. — мрачно шепчет он.
Я киваю.
У меня нет возможности избежать этого. Думаю, это должно было случиться когда-нибудь, и мне просто придется поговорить с мамой и немного предупредить ее о том, чем он зарабатывал на жизнь. Но он уже на пенсии, так что, возможно, это поможет.
— Хорошо. Я все устрою. Мы можем пойти поужинать куда-нибудь. — соглашаюсь я, зная, что буду откладывать это настолько, насколько смогу, пока не подготовлю маму к правде максимально мягко.
— Хорошая девочка. А теперь иди в постель. Я наблюдал за тобой весь вечер, и ты сводила меня с ума. — усмехается он, вставая и поднимая меня за собой.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Винсент
Я больше не могу ждать.
Я не могу рисковать, позволяя пройти еще одному мгновению, не привязав ее к своей жизни навсегда. Она моя, она принадлежит мне и должна быть со мной, и я должен сделать это официально сейчас.
Миша еще не знает, что я задумал, но скоро узнает.
Изначально я решил сначала встретиться с ее матерью, попросить у матери разрешения, следуя традиции, так как отца у нее нет. Это был мой способ сблизить семьи — но почему-то Миша очень нерешительна насчет моей встречи с ее матерью и полна отговорок. Может, я придаю этому слишком большое значение, и ее мать действительно так занята.
Как бы то ни было — я больше не готов ждать.
Открыв ящик прикроватной тумбочки, я достаю хрустальную шкатулку, вырезанную из драгоценного камня, сверкающую на свету, когда я верчу ее в ладони. Внутри — самое изысканное кольцо, которое я когда-либо видел. Я убедился, что оно красивее любого другого кольца в мире. Моя девочка заслуживает лучшего. Когда она наденет его, она будет носить его с гордостью, и мир узнает — она принадлежит мне.
Я кладу шкатулку в карман и усмехаюсь. Я не позволю ей сказать «нет».
Я подготовил предложение, от которого она не сможет отказаться.
— Ты готова, моя дерзкая маленькая ворона? Наш пилот прибыл и ждет нас в аэропорту.
— Я готова. — кричит она из своей спальни.
Когда мы вернемся, все ее вещи будут перенесены в мою комнату. Моя будущая жена должна быть в моей постели. Она и так спит рядом со мной почти каждую ночь. Только в те ночи, когда я наказывал ее, она спала в своей собственной постели... и этим я тоже наказывал себя.
Миша выходит из своей комнаты, таща за собой маленькую сумку на колесиках.
Я подхожу к ней и забираю ее, моя сумка в другой руке. Я ставлю их обе наверху лестницы и киваю в сторону охранника-идиота, стоящего у двери.
— Положи это в машину. — рявкаю я, задаваясь вопросом, какого хрена он сам до этого не додумался.
Почему я должен все разжевывать этим придуркам. Вот почему я даже не утруждаю себя запоминанием их имен. Очень немногие из них задерживаются рядом со мной надолго.
— Мы правда летим на частный остров? — спрашивает она, хихикая от волнения.
— Не просто на какой-то частный остров, моя зверушка, на совершенно особенный. — отвечаю я, притягивая ее к себе и говоря, почти касаясь губами ее губ.
— Почему он особенный?
— Скоро узнаешь. Пойдем, давай выбираться отсюда.
Пилот готов и ждет в моем частном самолете, когда мы прибываем в аэропорт.
— Готовы к Багамам, сэр?
— Определенно. Увози нас отсюда, Рамон. — ухмыляюсь я, подталкивая Мишу вверх по трапу и в самолет, ее глаза широко раскрыты от удивления. Мне и всем остальным вокруг ясно, что она впервые в самолете, не говоря уже о первом разе в частном самолете.
— Багамы? — шепчет она, будто в библиотеке и должна вести себя тихо.
Я громко смеюсь.
— Да, маленькая зверушка. Это недалеко от Багам. Совершенно уединенный остров, отделенный и окруженный кристально-голубым океаном. Тебе понравится.
— Ты, — рявкаю я, указывая на стюардессу. — Принеси нам бутылку шампанского, и как только мы поднимемся в воздух, я хочу тарелку морепродуктов.
— Да, сэр. — нервно бормочет она и уходит.
— Я когда-то работала официанткой. — говорит Миша, звуча защищаясь. Я не могу понять, почему.