Заир снова запустил пальцы в волосы и начал массировать затылок, содрогнулась, как от электрического импульса, мурашки прошлись от головы до пальцев, тело ослабело, растекаясь по стулу. Все во мне противилась тому, чтобы открыть рот и испортить опьяняющую ласку.
— Отъеду ненадолго, не скучай.
Слова пропустила мимо ушей, на спешный поцелуй в макушку не обратила должного внимания, приятно, на секунду показалось, что такого теперь новое положение вещей, нужно привыкать. Касания прекратились, веки перестали быть тяжелыми, отрезвилась, разом выпрямляя спину и оборачиваясь — ушёл, прихватив с собой Мурада и Эмира.
Ясмина просияла, подбежала со спины, обняла и уселась рядом.
— Заир ничему не учится, жаль его будет, когда деревянным черенком по лбу получит, — Айсу положила руку на сердце, второй ударила по губам и округлила глаза. — Прости, я не хотела.
Она сказала явно не то что нужно было, однако суть была мне не ясна. Промолчала.
— Когда мужчина больше любит и жизнь спокойней, — Ясмина посмотрела в моё лицо, нахмурилась и ткнула Айсу локтем.
— Твоё кислое лицо говорит об обратном.
— А ты на меня свою обиду не переноси, к тому же, много раз тебе говорила, люблю я Мурада, а наши разногласия, — замялась, — вовсе не от этого. Аду втянула. Спокойно тебе не живётся.
Айсу тяжело выдохнула, смерила нас взглядом и пододвинула к себе тарелку, заполняя рот едой. Было видно, сделала она это чтобы больше не сболтнуть лишнего.
— Ладно тебе, Айсу, в этот раз по-другому будет. — Та многозначительно кивнула, прожевав и засунув ещё ложку гарнира.
— Что по-другому? — положила локоть на стол, оперлась, чтобы была видно сразу двух девушек.
— Про ваши отношения, — говорить Ясмине было тяжело, голосок сделался совсем тонким, зрачки её бегали из стороны в сторону, пока не сфокусировались на моём плече. — Пойми, ты нам понравилась, но что-то со свадьбой вы не спешите.
— А нужно?
— Вот о том я и говорила, — Айсу не сдержалась, указала на меня ложкой, после промокнула губы салфеткой.
— Не обижайся на Айсу, она хоть и скверная, но говорит исключительно из добрых побуждений. — Ясмина взяла мои ладони в свои, будто стараясь успокоить. — Прошлые отношения были для него довольно болезненные.
— И те, что были до, тоже.
— Теперь я начинаю понимать, — нервно улыбнулась, всё не так просто, как было на первый взгляд, я была права, дело нечисто. — Давайте девочки, просветите.
Мне начинало казаться, что со мной разговаривают как с ума лишенной, а оказывается, суть была вовсе не во мне. Айсу изогнула брови домиком, приоткрыла рот, Ясмина прикусила щёку, теперь и они понимали, мы говорили на разных языках.
— Он тебе не рассказывал? — Совсем тихо пролепетала Ясмина, чуть ли не теряя голос.
— Нет.
Лица их говорили о крайней степени встревоженной, примерно так, если бы их поймали с поличным на воровстве. Ясмина отвернулась, одними губами что-то проговорила другой, та спрятала лицо рукой и уткнулась в тарелку. Говорить дальше они настроены не были.
— Ладно, спрошу Заира.
Первой гнетущую тишину прервала Ясмина, когда для наглядности мне пришлось достать телефон.
— Язык, Айсу, при жизни не отрежут, так.
— Знаю я.
Айсу потянулась, забрала из моих рук телефон, протестовать не стала.
— Не буду слушать, всё это сплетни, — Ясмина порвалась встать и уйти.
— Тогда иди, ну, же, — Айсу помахала тыльной стороной ладони, пальцами вниз, но та уселась обратно. — Что? В пол уха не считается?
— Рассказывай уже.
Айсу наклонилась к нам, мы придвинулись ближе, чуть ли не соприкасаясь лбами. Прежде чем говорить, она посмотрела через плечо, не найдя Медину глазами, поправила причёску.
— В юности Заир в девушку влюбился, сбегал из дома, с родителями её знакомиться ходил, в дом зазывал. Руфат против был, думал подростковое, пройдёт. Она его через год бросила, а он смириться не смог. Страдал, ходил к ней как щенок, других парней отгонял. Про неё слух ходил, ну, знаете, нехороший, так он на разборки бегал. Было бы за кого! Побитый ходил, Медина места себе не находила. Думали дачу продавать, лишь бы его спровадить, так он ультиматумы ставил. Ой, что было.
— Белоснежка, — подытожила.
— Какая Белоснежка? — спросила Ясмина, тоже шепотом.
— Она не понимает прикола, — Айсу сдержано засмеялась, — это прозвище ей Медина дала, так оно к ней и прилипло.
— И долго он так скитался? — Помнится, он тогда с юмором мне это рассказывал, я смеялась, знала бы, что за этим кроется.