Тамир был опасным. Тамир был убийцей. Но он был моим убийцей. Моим хищником.
Я сделала шаг назад, задела ногой какой-то мусор, и звук эхом разлетелся по складу. Тамир мгновенно повернулся в мою сторону. Его взгляд встретился с моим через окно.
— Чёрт, — прошептала я.
В следующую секунду он уже шёл ко мне. Я почувствовала, как страх охватывает меня. Но это был не страх перед ним. Это был страх перед тем, что я только что увидела. Перед тем, что я почувствовала.
Когда он выскочил наружу, я не смогла убежать. Я просто стояла там, замерев. Его глаза сверкали, его лицо было каменным. Он подошёл ко мне, схватил за руку и потащил прочь, не сказав ни слова.
— Что ты здесь делаешь? — прорычал он, когда мы оказались вдали от склада.
Я смотрела на него, пытаясь дышать.
— Я видела тебя, — прошептала я.
Его глаза сузились.
— Ты не должна была.
— Но я видела.
Он выдохнул, закрывая лицо рукой, как будто пытался взять себя в руки.
— По хорошему…именно здесь я должен прострелить твою дурную голову! Убирайся! Прямо сейчас! Беги! У тебя есть деньги! Проживешь!
Но я не могла. Даже сейчас, когда я видела его в самом жутком его лбразе, я знала: я не могу уйти.
Даже если бы он кричал, угрожал, умолял — я бы всё равно осталась. Даже если бы он сказал, что это конец, что после того, что я видела, между нами уже ничего не будет, — я бы не послушалась. Я смотрела в его глаза, полные ярости и чего-то ещё, чего я не могла понять, но чувствовала до дрожи как сильно я люблю его.
— Они навредили тебе. Он хотел выстрелить. Ты защищался!
— Черта с два! Мне заплатили, чтоб я их убрал. За каждого из них я получил деньги. Ты должна была остаться дома, Диана, — прошипел он. Его голос был низким, напряжённым, каждое слово, как острый клинок. — Не лезть куда не надо.
— Но я не осталась, — ответила я. Мой голос дрожал, но я заставила себя стоять прямо, смотреть ему в глаза, не отводить взгляда.
Он шагнул ближе, всё ещё сжимая моё запястье. Его хватка была железной, и я знала, что он не отпустит меня, пока не убедится, что я действительно поняла, насколько опасен он может быть.
— Ты даже не представляешь, что ты только что сделала, — продолжал он. Его дыхание было тяжёлым, почти рычащим. Он стоял так близко, что я чувствовала тепло его тела, несмотря на холод ночи.
— Я видела, как ты убил, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо. — Я видела тебя, Тамир.
— И это должно тебя напугать, — рявкнул он. Его глаза сверкнули. — Ты должна понять, что я не тот, кем ты меня представляешь.
Я замерла, потому что его слова ударили по мне, как молот. Он думал, что я испугалась. Он думал, что я хочу убежать. Он думал, что его тьма заставит меня отвернуться.
Но он не знал, что я чувствовала.
— Я не боюсь тебя, — выдохнула я, не понимая до конца, откуда у меня взялась эта смелость.
Он замолчал. Его взгляд стал ледяным, челюсти сжались так, что мышцы на шее напряглись.
— Дура, — наконец сказал он, тихо, почти шёпотом. — Ты ничего не понимаешь.
— Тогда объясни мне, — я сделала шаг ближе, не обращая внимания на то, что он всё ещё держит мою руку. — Объясни, Тамир. Ты хочешь, чтобы я ушла? Хочешь, чтобы я притворилась, что ничего не видела? Не получится.
Он рассмеялся, но этот смех был пустым, мрачным, как эхо в гробнице.
— Ты думаешь, что можешь понять? Понять, кем я стал? — Он посмотрел на меня так, будто я была самой наивной идиоткой на свете. — Я убийца, Диана. Это то, что я делаю. Это то, кто я. Моя профессия — убивать. Я киллер. Наемник. За мной могут прийти в любой момент. Как и за тобой!
— Это то, кем ты стал, — сказала я, глядя прямо в его глаза. — Но это не то, кто ты. И мне плевать кто за мной придет. Со мной рядом дьявол. Кого мне еще бояться?
Его взгляд на миг смягчился, но потом он снова отвернулся, отпустил мою руку, резко шагнув назад.
— Ты говоришь чушь, — пробормотал он.
— Нет, — ответила я, делая шаг вперёд. — Ты думаешь, что можешь просто оттолкнуть меня. Думаешь, что если ты покажешь мне свою тёмную сторону, я отвернусь. Но я не отвернусь, Тамир. Я никогда не отвернусь.
— Хватит, — его голос был резким, но я заметила, как его плечи дрогнули, как его пальцы снова сжались в кулаки.
— Ты не понимаешь, — продолжила я, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Ты можешь пытаться спрятаться за своими стенами. Можешь делать вид, что тебе всё равно. Можешь убивать людей, быть монстром, кем угодно. Но я вижу тебя. Я вижу тебя настоящего.