Я закрываю глаза. Глубокий вдох. В моей голове снова и снова Тамерлан: "Ты не один, Тамир. Мы сделаем это вместе."
Вместе? А что, если всё из-за меня? Если всё рухнет, потому что я слишком слаб, чтобы держать этот груз?
Тьма внутри меня отвечает. Шепчет. "Ты не можешь её защитить. Ты никогда не мог никого защитить."
Но это не правда. Я не могу позволить этому быть правдой. Я не для того выжил тогда, чтобы сдаться сейчас.
Я сжимаю кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу.
— Сдохни, Батор, — шепчу я.
Эти слова не помогают. Но они звучат, как обещание.
Глава 25
Телефон зазвонил посреди ночи. Тихо, но в этой тишине звонок резанул, как нож по стеклу. Я лежал на диване, с закрытыми глазами, не спал, просто пытался на мгновение вырубить этот хаос в голове. Но звук этот, чёртов звук, потащил меня обратно в реальность.
Я поднял трубку.
— Кто? — голос хриплый, резкий, словно я уже устал даже говорить.
На другом конце раздался голос, который я узнал сразу. Мягкий, растянутый, с лёгкой ухмылкой, даже через телефон.
— Тамир, брат. Давненько не слышались.
Мир застыл на секунду. Какого чёрта?
— Ашар? — выдохнул я, с трудом узнавая голос человека, которого не видел уже несколько лет. Голос, который был для меня из прошлой жизни. Жизни, которую я хотел забыть.
— Ну да. Кто ж ещё?
— Откуда ты взялся? — вопрос прозвучал грубее, чем я хотел, но мне было плевать.
— О, давай без лишних эмоций. Слышал, что у тебя проблемы. Вот и подумал, может, старый друг пригодится.
Его тон был слишком лёгким, слишком спокойным, и это сразу меня насторожило. Ашар. Тот самый Ашар, с которым я когда-то работал. Тот, кто знал меня, кто был рядом, когда я начинал превращаться в того, кем я стал. Мы с ним прошли через дерьмо. Вместе. Но потом всё это пошло по пизде. Из-за Дианы…И он исчез. Исчез, как будто его никогда и не было.
А теперь он звонит. Ночью. Говорит, что хочет помочь.
— Что ты хочешь реально? — коротко бросил я, сидя на краю дивана и массируя виски.
— Да ладно тебе, брат. Не сразу же к делу, а? Как ты? Живой? Слышал, у тебя тут веселье с Батором.
Я почувствовал, как внутри всё напряглось. От одного упоминания имени этого ублюдка кровь начала кипеть.
— И что? — буркнул я.
— У меня есть люди, — сказал Ашар, его голос стал чуть серьёзнее. — Люди, которые могут помочь. Ты ведь знаешь, я всегда знал, как улаживать такие дела.
— И с чего такая щедрость? — в голосе прорезалась злость, которую я даже не пытался скрывать.
— Брат, — засмеялся он тихо, — мы же с тобой не чужие люди. Или ты забыл?
— Ты исчез, — отрезал я. — Где ты был все эти годы?
Он на мгновение замолчал.
— Неважно. — Его тон стал жёстче. — Я сейчас здесь. И я предлагаю тебе помощь. Возьмешь её или не возьмёшь — решать тебе.
— И что за помощь? — я сжал телефон так, что пальцы побелели.
— Я могу быть твоим посредником. Договориться с Батором. Уладить всё. Ты же знаешь, я умею.
Я молчал. Слова звучали гладко, но в них было что-то не так. Я знал этого человека слишком хорошо, чтобы не почувствовать фальшь.
— Почему ты хочешь вмешаться? — спросил я медленно.
— Потому что, Тамир, я знаю, что ты не вытянешь это в одиночку, — его голос стал мягче, почти дружеским. — Ты меня знаешь. Я умею говорить с такими, как Батор.
Да, я знал. И это меня напрягало. Ашар всегда был тем, кто умел вертеться. Кто находил выгоду там, где её, казалось, не было. Но с чего вдруг он решил появиться сейчас?
— Мы встретимся, — сказал я после долгой паузы. — Завтра.
— Отлично. Я скину тебе место, — его голос звучал довольным. — Держись, брат. Всё будет нормально.
Я повесил трубку, но его слова всё ещё висели в воздухе. "Держись, брат."
Что-то было не так. Я это чувствовал. Ашар всегда был хорош в том, чтобы говорить правильные вещи, но сейчас его голос звучал натянуто, как струна. Его слова — будто по заранее заученному сценарию.
Я поднялся и подошёл к окну. Снаружи была темнота. Такая же, как в моей голове.
— Чего ты добиваешься, Ашар? — пробормотал я, вглядываясь в ночь.
Я закурил, затянулся так сильно, что табак обжёг горло. В голове гудело, словно там работал двигатель. Этот звонок, эти слова — всё это цеплялось за внутренний страх, за старые раны. Ашар умел играть. Всегда умел.
Но я тоже не тот дурак, каким был раньше. Если он хочет втянуть меня в какую-то игру, он об этом пожалеет.
"Держись, брат."
Чёрт с два, Ашар. Чёрт с два.