— По-твоему, это смешно?
Я касаюсь пальцами его бороды, щекочу.
— Твоё предложение? Нет. Не смешно. Смешно то, что я согласна.
Он на миг застывает, лицо не выражает никаких эмоций, будто ему всё равно, но рука, что сдавливает мою талию, говорит об обратном.
Секунда и я уже опрокинута на спину, а Архан вглядывается в мои глаза, пытаясь отыскать там что-то, что раскроет ложь.
— Я не шучу. Правда согласна.
Его губы дёргаются в подобии улыбки и взгляд светлеет.
— Учти, назад отмотать не получится.
— А мы больше не будем оглядываться назад. Только вперёд.
*****
Несколько месяцев спустя:
— Ты чё, Алин? — Архан растерянно смотрел то на меня, то на малышку в своих руках. — Какая девочка? Я пацана просил.
Сдержав порыв запустить Монголу в голову что-нибудь тяжёлое, я закатила глаза.
— У тебя совсем совести нет? И чем тебя девочка не устраивает?
— А на хрена мне девка?
— Да прекрати, Ар. Посмотри какая она миленькая, — я потрепала малютку пальцем по носику, а та испуганно уставилась на Архана.
— Ну ладно. Не выбрасывать же на улицу, — склонив голову, присмотрелся к ней и опустил на пол. — До Хаоса ей, конечно, далеко, но может мои красавцы всё же воспитают её, как надо.
Щенок радостно завилял хвостиком и вонзился крохотными зубками в штанину Архана.
— Твой Хаос бешеная псина. Сначала кусает, потом думает. А эту девочку я купила для нашего малыша. Она и не должна походить на Хаоса. Всё ясно?
— Ладно, понял я, — Ар опустил взгляд на мой живот, положил на него свою большую, тёплую ладонь. — Заводи кого хочешь, только сделай уже меня отцом. Сил нет, как жду его.
Он не врал. За месяцы беременности я не раз просыпалась по ночам от того, что Архан поглаживал мой живот и что-то ему нашёптывал. И это было настолько интимно, настолько трогательно, что я не смела его прерывать.
Архан любит нас. Своей ненормальной, бешеной любовью. Так сильно, что его трясёт всего, когда заходим в кабинет врача на осмотр. Он ни на минуту не покидает меня, даже во время этих самых осмотров. Поначалу мой доктор пыталась его выпроводить, но пару раз получив ответ в стиле Монгола, бросила эту затею, шепнув мне испуганно, что более чокнутого папашки ещё не встречала.
Для меня вот такой Монгол тоже стал потрясением. Ведь я всегда считала, что его руки способны только калечить и ломать. Я ошибалась.
Он создан для того, чтобы стать отцом. Теперь мне не страшно, потому что уверена — Архан сможет сохранить свою семью.
*****
— Это мальчик? — Ар с нескрываемым удивлением осматривал малыша, а тот шевелил ручками, видимо, пытаясь ухватить отца за бороду.
— А что, не видно? — усмехнулась, наблюдая за его попытками распознать пол малыша. — Сын у тебя, Монгол. Не рад, что ли?
— А чего он мелкий такой? — с подозрением прищурился и я закатила глаза к потолку.
— Так родился только. Какой он должен быть по-твоему?
Чуть позже я пойму, что новоиспеченный папаша просто был в шоке. Стоило ему взять сына на руки, и всё… Монгола не стало. Появился любящий отец, сердце которого теперь навеки принадлежит нам. Сынок схватил его в свои маленькие ладошки и теперь уже не отпустит. Маленькая копия Архана — такой же собственник, непримиримый и жадный до внимания и любви. Он получит то, чего не получили мы в детстве, а мы получим то, чего уже никогда не ждали.
Дома нас встречал всегда строгий и непоколебимый дедушка, однако, его железной выдержки хватило ровно до того момента, когда в императорские руки не попал наследник.
— Когда-то я так же держал тебя, сын. Именно здесь, у порога я дал тебе имя. Как же он похож на тебя, — глаза мужчины заблестели и он поспешил опустить взгляд на внука. — Теперь я верю, что прощён.
— Его зовут Тархан, — Ар обнял меня, уткнулся носом в мою макушку, а я перевела взгляд на вовсю рыдающую Фатиму. Знаю, сейчас все вспомнили мать Архана и то время, когда у них всё пошло наперекосяк. Но уверена, наша история будет совершенно другой. Мы выбрали совершенно иной путь.
Конец