— Вот отдам твою паршивую шкуру собакам на подстилку, а твое мясо велю изжарить! — крикнул пастух и изо всех сил ударил верблюжонка ургой.
Пригнал пастух верблюжонка обратно и привязал его к шее огромного и свирепого верблюда. Стал верблюжонок бегать на привязи взад и вперед, день и ночь лить слезы.
— Ты что ревешь и ничего не ешь? — спрашивает его верблюд.
— Чтобы породниться с князем, богач решил подарить ему сто белых верблюдов. Одного верблюда не хватило, и он взял мою мать. Я закричал и, обдирая себе бока, побежал за ней через перевалы и вершины, через холмы, степи и пустыни. Как вдруг пастух Аксалдай сел на своего солового коня, взял свою железную ургу длиной в десять алд с петлей из барсовой кожи и поймал меня. Ругался по дороге, что сдерет мою шкуру и отдаст ее на подстилку собакам, а меня — поджарит. А как только пригнал, привязал к вашей шее. Вот я и реву.
— Поешь, попей и спи спокойно, — сказал верблюд. — Перед рассветом я перетру о камень веревку и отпущу тебя.
Верблюжонок замолчал, а верблюд рано утром схватил зубами веревку, перетер ее о камень и отпустил верблюжонка. Закричал верблюжонок тоненьким голоском и побежал, обдирая шерсть, через перевалы и горы, через холмы, степи и пустыни. Но старый пастух Аксалдай опять вернул его домой и привязал к шее маленького верблюда. Верблюжонок опять ревел, и маленький верблюд спросил его, почему он плачет. Верблюжонок рассказал ему все, и маленький верблюд поступил так же, как и большой, а на прощанье сказал:
— Желаю тебе ходить по следам золотых копыт твоей милой матушки и пить ее вкусное молоко.
Закричал верблюжонок тоненьким голосом и побежал через перевалы и горы, через холмы, степи и пустыни. И опять Аксалдай поскакал за ним. Уже почти нагнал пастух верблюжонка, как вдруг конь Аксалдая и говорит:
— Много сирот видел я на свете, но такого горького сиротинки, как этот верблюжонок, еще не встречал. — Сказал конь эти слова, упал и дух испустил.
А верблюжонок побежал дальше и встретил волчицу с двумя волчатами.
— Ты что ревешь? — спросила его волчица. — Сейчас я тебя съем.
Верблюжонок рассказал, как разлучили его с матерью, а под конец и говорит:
— Ну что ж, ешь меня. Вот моя длинная красивая шейка, вот мои хорошенькие ножки, вот мой ровненький горбик и тоненькие ребрышки — все в твоей власти.
— Каких только сирот я не видела, но такого, как ты, еще не встречала, — сказала голодная волчица, съела своего волчонка, а верблюжонка не тронула.
А тот закричал тоненьким голосом и побежал дальше через перевалы и вершины, через холмы, степи и пустыни. Встретилась ему по дороге тигрица с двумя тигрятами. Тигрица спросила у него то же, что и волчица, и верблюжонок все ей рассказал. Пожалела тигрица верблюжонка, съела своего тигренка, а сироту не тронула. Закричал верблюжонок тоненьким голосом и побежал дальше через перевалы и горы, через холмы, степи и пустыни, как вдруг встал на его пути густой черный лес — ни прямо пройти, ни кругом обойти. Еще сильнее заревел верблюжонок, мечется, бегает взад и вперед, и вот открылась перед ним просека. Верблюжонок благополучно выбрался из леса. Шел он, шел, и встретилось ему по пути кипящее море — ни обойти его, ни переплыть нельзя. Опять стал верблюжонок реветь, взад и вперед бегать по берегу, но тут появилась черепаха величиной с четырехстенную юрту и сердито сказала:
— Ты что тут бегаешь и мешаешь всем заниматься своими делами?
Верблюжонок сказал, что его разлучили с матерью, но черепаха не сжалилась над ним и решила его съесть. Тогда верблюжонок рассказал все, что с ним приключилось.
— Много я видела сирот, но такого, как ты сиротинушки, еще не встречала!
Пожалела верблюжонка черепаха и помогла ему переплыть через море. Закричал верблюжонок тоненьким голосом и побежал через перевалы и горы, через холмы, степи и пустыни и на расстоянии трех лет пути услышал наконец голос матери. Верблюдица тоже услышала голос своего верблюжонка и призывно закричала. Посадил ее богач в железный трехэтажный дом и окружил тремя тысячами солдат. Но верблюдица проломила стену железного дома, перебила трехтысячное войско и встретилась со своим верблюжонком. Верблюжонок стал ходить по следам золотых копыт своей матери и досыта сосать ее вкусное молоко.