Креспи была вся в слезах, которые не успели ещё высохнуть, но кидаться на шею не стала, а Энтони слегка приобнял приятеля за плечи.
- Ох, и напугал ты нас всех, - весело сказал он.
- А почему я всё еще не мёртв? Не скажу, что очень по этому поводу переживаю, но всё же интересно, кому или чему я обязан жизнью. Креспи мигом оживилась.
- Ты когда задыхаться начал, мы не знали, что делать, и уже практически похоронили тебя. Тут-то вдруг наш воришка и подполз к тебе. Алета попыталась ему за тебя отомстить, но Энтони не дал. Зверюшка эта подошла к тебе, да как заплачет слезами и давай о твою больную руку тереться. Раны, представляешь, взяли и затянулись, даже шрамов не осталось. - Бен только сейчас посмотрел на свою руку. Царапин и правда след простыл, и зверёк до сих пор сидел рядом не сводил с него своих тёмно-синих глаз. Он перевёл взгляд назад на Креспи. - Ты получается не дышал всего пару минут, плюс пол часа без сознания, так что на смерть тебе отвели очень мало времени. - Уже намного веселее закончила она.
Они заночевали на той же полянке, потому что Бен, хоть уже дышал и его весь день дремлющий аппетит вдруг проснулся, но идти он по-прежнему не мог. Как всегда разбили лагерь и после ужина отправились спать.
Бен не мог уснуть, перевернулся с боку на бок, лёг на спину и позвал.
- Эй, Тони, ты спишь?
- Нет, - отозвался тот. Энтони сегодня, как было в их первую ночёвку, взял у Бена его толстовку и расположился поблизости. Бен и сам не знал почему, но ему одному в спальнике было как-то совсем неуютно.
- Тони, можно попросить кое-что?
- Смотря какого рода просьба.
- Научи меня стрелять, - попросил он. На пару минут повисла тишина.
- Хорошо. - Бен не мог поверить, что тот так быстро согласился.
- Когда начнём? - спросил радостно Бен.
- Сейчас освещение неподходящее, так что лучше завтра на рассвете. - Ответил Энтони и повернувшись на другой бок собрался, наконец, уснуть, но его снова окликнули.
- Тонька. - В свете лун было видно, как тот вздрогнул. - Ой, прости, не хотел тебя будить. - Стал извинятся Бен.
- Ничего. Я не спал. - Ответил Энтони. Он лежал спиной к Бену и тот не мог видеть выражение его лица. - Так, что ты хотел.
- На траве холодно, вот я и подумал, может, ты ко мне ляжешь. - Ответил Бен, немного помолчал и добавил. - Но если честно, то мне одному в этом спальнике неуютно и совесть мучает, что тебе приходиться на земле спать.
- Благодарю за беспокойство, - ответил парень и залез в предложенный спальник.
- Если ты не спал, то почему так испугался, когда я тебя позвал? - спросил Бен, когда они уже вдвоём удобно расположились в спальнике.
- Да просто, то, как ты меня назвал... - Энтони вдруг замолчал.
- Если тебе не нравиться, то я не буду больше тебя так называть. – Забеспокоился, было, Бен, что ненароком обидел товарища.
- Да, ничего страшного, можешь называть, если хочешь. - Он помолчал немного и совсем тихо добавил. - Просто только один человек в моей жизни, меня так называл. - Бен понял по голосу, что это последнее относится как раз к тому личному, которое они договорились не трогать и решил тему дальше не развивать.
- Спокойной ночи, Тонька. - Сказал Бен, повернувшись на другой бок, и тут же крепко уснул.
- Спокойной ночи, дружище. - Пожелал Энтони, но друг уже спал. К Энтони сон вернулся ещё не скоро. Он лежал и смотрел на звёзды, такие далёкие, временами тёплые, а порой холодные и думал о чём-то только ему ведомом.
Глава 7
В лагере жизнь шла своим чередом. Люди на удивление быстро привыкли к правилам, которые создавались полковником. После этого из людей будоражащих общество остались только «Мартинцы».
Они хоть вредили, но отдельным личностям, благоразумно не трогая общественную собственность, потому что знали: тронь это и даже не будь у людей доказательств, они тебя порвут.
Ряды «Мартинцев» правда тоже поредели. Многие, у которых ещё была хоть капля здравого смысла, отреклись от банды и примкнули к тем, кто исправно исполняли приказы. Так и осталось в банде всего семеро человек: предводитель, два герандца, пара полукровок и двое землян.
Банду никто не мог призвать к ответственности, они работали чисто и не светились. Мартин с приспешниками обычно занимался тем, что крал что-нибудь и портил вещи людям из «чёрного списка Мартинцев» или выставлял их виновниками в разных ситуациях, предоставляя не опровержимые доказательства преступления.