– Венский бал никуда не денется, но, если ты хочешь, пойдем. Только пообещай мне, что, когда появится время, расскажешь мне о своем пугающем сне. Обещаешь?
– Обещаю.
Двери распахнулись, и мы вошли в роскошный зал Венской оперы. Сложно представить, что бывают такие огромные залы. Миллионы огней искрятся под широким сводом. Люди везде – на балконе, в проходах, по кругу за высокими коктейльными столами и в центре огромного танцпола. Пары, сотни пар кружатся в такт на раз, два, три, раз… Кавалеры галантно поддерживают дам, а дамы, держа спинку ровно, плавно вальсируют по залу.
– Держи, – Моно протянул хрустальный бокал, – это шампанское. Настоящее. Закрыто в Шампани из урожая 1983 года.
– Меня тогда еще не было.
– А урожай уже был, – смеется.
Я смотрю на него. Светлые, кудрявые волосы, голубые, как морская вода, глаза, нос прямой и немного острый, широкие скулы и волевой подбородок.
– Моно, кто тебя создал? Чья ты фантазия или, возможно, проекция?
Он немного смутился и, пригубив шампанское, робко улыбнулся:
– Ты меня создала. Вспомни, я парень с обложки «Vogue», которая висела у тебя на стене.
Моя рука дрогнула от удивления, и бокал с шампанским упал на пол, разбиваясь в пыль. Я узнала его, без сомнения это был он, тот самый парень в нижнем белье от «Dolce & Gabbana».
В детстве мне приглянулась одна обложка из коллекции маминых журналов. Мама разрешила мне повесить обложку на стену у себя в комнате. Тогда мне казалось, что именно так должен выглядеть настоящий принц. Красивый, яркий, полубог. Иногда я грустила и, включив ночник, закрывала глаза и мечтала. Я видела принца на белом коне, он скакал по пыльной дороге, затем через мост и поднимался к каменной башне.
Я наблюдала за ним с высоты своего заточения, и он казался крохотным. Принц поднял лошадь на дыбы и громко закричал:
– Я спасу тебя, моя принцесса! Где ты, великан, выходи, давай сразимся!
Но великан не выходил. Рыцарь снова и снова кричал, но все было безрезультатно. Каждый раз, когда появлялся рыцарь, силы покидали великана и он прятался в пещере. Мы вместе ждали, что у великана появится мужество и он выйдет на бой, но он трусливо прятался, не желая принимать вызов. От долгого ожидания меня клонило в сон, и я засыпала.
– Для каждого человека я выгляжу по-разному. Для тебя – полубог, для него – полубогиня, для нее – улучшенная копия ее отражения в зеркале. Вокруг очень много самовлюбленных людей. Этот бал полон нарциссов.
– Если бы здесь была моя мама, кого бы она увидела в тебе?
– Возможно, твоего отца? – Моно протянул свой бокал. – Выпей шампанского, а я поищу тебе подходящую пару.
Моно поднял руку и кого-то поприветствовал в толпе.
– Марк! – немного громче обычного произнес Моно, но так, чтобы не перекричать звуки струнного оркестра.
Он стоял неподалеку, спиной к нам, вытянутый, как струна. Марк обернулся. Красивый брюнет, он выглядел немного старше своих лет, но я сразу поняла, что ему не больше тридцати. Спокойный, уверенный в себе мужчина, с открытым взглядом и глазами, темными как ночь.
– Привет, Марк, – Моно протянул руку, и Марк, опустившись на колено, галантно поцеловал его кисть.
Наверное, меня это сильно удивило, потому что Моно засмеялся и, подойдя ко мне, тихонечко шепнул:
– Он видит меня по-другому, не так, как ты. Для него я принцесса с зелеными глазами и совершенно невинной улыбкой.
– Привет, Моно. Как же я рад тебя видеть!
– Ты сегодня долго.
– Вчера хлебнул лишнего.
– Хочу вас познакомить. Марк, Марго.
Моно соединил наши руки и затем громко крикнул на весь зал:
– У нас совпала идеальная пара. Поприветствуем!
Музыка стихла, и сотни танцующих пар прервали свой танец. Редкие аплодисменты переросли в овации, а затем в шквал с криками «Браво, поздравляем, это большая удача». Мне стало неловко, но Марк, подхватив меня за талию, приготовился танцевать. Заиграла музыка – раз, дав, три. Пары вокруг расступились, и мы, выйдя в центр зала, закружились в танце. Мир вокруг растворился, превращаясь в светящееся полотно из огней, улыбок, света от хрустальных бокалов и бриллиантовых камней.
Я смотрю на него и не могу отвести глаз. Он другой, совершенно не такой, каким я его представляла, но я знаю, что он мой. Тот самый принц на белом коне, который появился из ниоткуда, из глубины моих снов. Мы кружимся в танце, и его взгляд, теплая улыбка, сухие горячие руки пламенем обжигают меня и бросают то в жар, то в холод.