– На этом можно разбогатеть. – Замечаю в глазах Моно вопрос и решаю ответить: – Если узнать желания человека, можно предугадать его действия.
– Вот это да! – восторженно произносит Моно. – Ты сама догадалась? – Он обошел меня, заглянул за спину, провел рукой по шее. – У тебя там нет никакого жучка, тебе никто не нашептывает ответы?
– Нет, это ведь очевидно. Если человек с детства мечтает улететь в космос, то шансы на то, что он станет астронавтом, увеличиваются вдвое. Тот, кто сможет обладать такой информацией, способен управлять миром, просто давая людям то, о чем они по-настоящему сильно мечтают.
– Да, ты права, – подхватил Моно. – Не было бы никаких войн, раздоров, если бы каждый человек получил то, о чем по-настоящему мечтал. Все войны начинаются с крохотной искры. Я называю такие моменты рождением роковой мечты, способной разжечь пламя. Представь обиженного творца, который выжил на войне, и единственной его мечтой было стать известным художником.
– Благородная мечта, – запрыгиваю на стол.
– Согласен, – продолжил свой рассказ Моно, – но появились люди, которые сломали его планы. Они называли его картины бездарными, и его мир рухнул. Вначале он ненавидел себя, потом свое желание быть признанным. Он смотрел на свои полотна, и его душа наполнялась ненавистью, подозревая мир в глобальном заговоре против него. В этот миг и родилась новая, роковая мечта. С этого момента человека уже невозможно было остановить, мечта стать известным художником породила демона. Вскоре демон расправит крылья и зальет землю кровавыми реками. Марго, встреча с моим другом очень важна для меня, он не причинит тебе зла, всего один разговор – и ты вольна, как птица. Запомни, сегодня в двенадцать мой друг будет ждать тебя в ресторане «Мясоед» за третьим столиком у окна. Ты придешь?
– Я приду, если смогу вспомнить нашу встречу.
Моно лукаво улыбнулся:
– Вспомнишь, потому что у тебя есть цель.
Он был прав. Все, чего мне хотелось, так это снова его встретить. Марк… Ну красивое имя, ведь правда? Глаза – океан. Сейчас я хочу пройтись по парку сказочных лабиринтов из декоративных кустарников, искупаться в теплом озере, попробовать свежеиспеченную рыбу…
Остаток сна я провела, гуляя по альпийской поляне. Солнце застыло над горизонтом, мир вокруг завис вне времени. Я встретила хозяина сна, им оказался старик, чье детство прошло в этом невероятном раю.
Открываю глаза и просыпаюсь в бабушкиной квартире. Срываю маркер на календаре, за окнами восемнадцатое февраля. Сколько я спала? Ищу телефон, но он куда-то подевался. Смотрю на себя в зеркало. Немного сонная, с новой прической, стою голышом, изучая свою наготу. Мне кажется, во мне что-то изменилось. Пытаюсь понять, что именно. Возможно, взгляд – он стал намного строже.
Теплые струи стекают по волосам, заливая лицо, глаза, я могу ощутить воду на вкус, закинув голову в полной нирване. Мои мысли везде, во сне и наяву. Чувствую, что между мирами стираются грани. Вдруг мне кажется, что я вовсе и не просыпалась. Мой сон начался давно, двадцать пять лет назад, в момент поцелуя родителей, и длится он днем и ночью, без перерыва. Я уже тысячу раз переживала момент аварии. Каждый миг, каждый осколок оставил след в памяти. Слишком тонкая грань между счастливым вчера и сломанным завтра.
Кристина разрешила прийти на работу попозже. Больше не нужно было звонить Царскому, я стала свободной от его болтовни. Сегодня наступившее вчера открывает новые возможности. Мне хочется жить. Безликие мысли исчезли, а их место заняли мечты. Как много появилось того, о чем я раньше не могла даже мечтать. Мне хочется быть любимой, и я чувствую, что сердце мое способно любить. Я хочу отыскать Марка среди тысячи снов. Смотреть в его глаза, утопая в черном океане. Играть в игру из сказки про Золушку. Он – мой принц. Это моя сказка, возможно, я выдумала ее и не в силах отличить реальность от вымысла. Пусть так и будет.
Опухоль – я уже физически ее ощущаю. Паразит присосался к моему мозгу и с каждым днем становится сильнее. Вот он, мой настоящий враг, который живет у меня в голове. Яд, я чувствую, как растекаются его коварные реки.
Боль. Падаю в дýше, не в силах устоять на ногах. Кричу так, словно меня режут пополам, отпиливая кисти, выжигая глаза. Выползаю в коридор и, корчась от боли, тянусь за брошенным клатчем. Достаю лекарство, глотаю таблетку и начинаю молиться, громко кричу внутри себя. Боль понемногу отступает. Мне нужно вернуться в клинику, рассказать об этом доктору Филиппу. Нет ничего важнее этого, все встречи и переговоры, моя любовь, живущая во сне, желания исчезают. Опухоль – вот мой настоящий враг. Хватит ли у меня сил победить тебя? Сможет ли отец найти деньги, и какова вероятность того, что меня не зарежут на операционном столе? Сколько подобных операций провел доктор Филипп? Какова статистика выживших?