Продолжение.
Когда мне раздвинули ноги, я решила, что - всё, умерла.
Зажмурила глаза. Ощутила на себе вес одного из насильников. Второй - ещё сильнее сжал мои запястья. Слишком сильно. Точно железными клешнями! Наверное, если он их отпустит - они просто отвалятся. Обескровленные. Вместе с моей обескровленной душой.
Вниз.
Всё куда-то вниз...
- Ты очень красивая, шлюшка. Очень, - проговорил стягивающий с себя штаны, мужик и провёл языком по моей шее. Я зачем-то распахнула глаза. Наверное, это вновь всколыхнулась неумирающая надежда. Я надеялась вымолить пощаду.
- Деньги, - прошептала севшим голосом. - Любые деньги...
И заплакала. Горько. Реками слёз.
Под смех этих упырей. Которым было плевать!
Они без сомнения знали, кто я.
Внезапно, машину резко развернуло от удара. В нас въехали и мужики грязно заматерились. Тот, что лизал мне шею, натянул штаны.
- Погоди, цыпа. Скоро продолжим. Что там за херня? - спросил он у водителя.
- А такая, блядь, херня! - заорал тот. - Вылезайте! Валить надо.
- Ага, только сначала того бесстрашного отпиздим! Он в кого рога свои запилил.
Хлопнули двери и вся троица разом покинула автомобиль.
Я быстро приподнялась с сиденья. Запахнула блузку, без единой пуговицы. Стянула юбку на бёдра. Выглянула в окно. Те отморозки пинали мужчину. И я узнала его. И его автомобиль тоже. Это был Тимур.
Тимур Урганов.
Боже!
Он специально в нас въехал...
Продолжение.
- Тимур! - прокричала я, выйдя из машины.
Он закрывал голову руками. Лицо. Избивавшая его банда, оглянулась на меня. Сначала я растерялась. Вновь испытала дикий страх. А потом, увидела приближающуюся к нам машину и начала действовать. Я кричала "помогите", махала руками, бежала навстречу автомобилю. И только когда он затормозил, я оглянулась назад.
Те упыри будто исчезли.
Осталась лишь их покорёженная Honda. И Тимур, лежащий на асфальте.
Из Porsche, который я остановила, вылез мужчина. Смутно я его помнила. Он жил в нашем поселке.
Увидев меня, он набросил мне на плечи свой пиджак. Стремглав помчался к Тимуру. Помог ему подняться. Они о чём-то говорили, пока я медленно, едва переставляя ноги, приближалась к ним.
- Валерий, - когда я подошла, он протянул мне руку и представился.
- Алё... - начала говорить я и не закончила. Потому что встретилась взглядом с Тимуром. Таким тяжёлым взглядом, от которого на коже поднялся каждый волосок. - Нужно позвонить... Нужно вызвать... - залепетала я.
Но Урганов прекратил мой лепет. Он держался за живот. Был весь испачкан кровью.
- Нет, Алёна. Мы это сами решим. Доверься мне.
После этих слов, сжимая зубы, он опустился на асфальт. Вытащил телефон. Сделал звонок. И полностью лег. Закрыл глаза.
Я подбежала к нему. Присела рядом. Обхватила его лицо.
- Тимур? Тимур?! Открой глаза! - стала звать.
Боже мой!
Боже!..
Откуда на нём столько крови? Неужели у этих уродов был нож?
Только ни это!
Всего через несколько минут приехала скорая. Меня и Тимура забрали в клинику.
Врачи ничего не говорили, пока мы ехали. Ставили мужчине капельницы, делали какие-то другие манипуляции. На мои вопросы не отвечали. Попросили не мешать.
И я послушно не мешала. Сидела у стены. Молчала.
Только сердце ныло тревожно. Пальцы беспокойно перебирали краешек блузки.
Тимур так и не открыл глаза...
Глава 4
ГЛАВА 4
Отец ловко играл. Наверное у меня так никогда не выйдет.
Хорошо, что пока он говорил я мог молчать и не участвовать в спектакле, в котором и так увяз по самое горло!
- Как хорошо, что ты в порядке, Алёна, - говорил он, по-отечески прижав к себе девушку.
Алёна, к слову, взаимностью ему не отвечала. Стояла, словно задеревеневшая. Натянуто улыбалась. Совсем немного. В глазах боль и смятение. Казалось, что она расплачется в любую секунду. Но нет. Она держалась.
Глаза сухие. Потухшие. И этими потухшими глазами, девушка смотрела на меня. На актёра, блядь! Беспомощно лежавшего в больничной койке! В бутафорских, блядь, бинтах!
Я тоже ей слабо улыбался...
А при взгляде на её припухшую, посиневшую скулу, шею и руки с четкими, почти чёрными отпечатками пальцев тех гандонов, что служили моему отцу, меня от себя едва не выворачивало!
Как же всё хуёво...
Так хуёво, что только кокс и забвение могли дать спокойствие. Избавить, хоть и временно, от презрения к самому себе.
Тело начало зудеть. Всё вокруг раздражать.
Нервозность поднялась к самому горлу.
Отдал бы мне папаша, то, что принёс и валил к чёрту!
- Оставишь нас, Алёна, ненадолго? - мягко поинтересовался он. - Твоя помощь неоценима. Конечно... из-за тебя Тимур попал в эту ситуацию...и помочь ему, кроме тебя, некому... Но я всё равно говорю тебе спасибо. Тим мой сын...весь в меня. Не смог бросить девушку в беде. Но, к сожалению, геройство во все времена обходилось очень дорого. Однако, мы справимся, Алёна. Вместе - справимся.
- Отец! - не выдержал я и прикрикнул.
Что он несёт, чёрт возьми?!
- Тимур, всё хорошо. Тарас Витальевич прав. Во всём. Это из-за меня ты... Ты едва не...
- Алёна, хватит! - я отвёл глаза. Нельзя смотреть на неё и так безбожно лгать. - Я в порядке.
- Хорошо, что так. - Она выбралась из хватки отца и подошла ко мне. Сжала мою руку. - Поправляйся, Тимур. Пожалуйста, поправляйся...
Она прошептала это...
Такая встревоженная... Такая красивая!
Простыни в районе паха приподнялись. Я не смог скрыть стояк.
Потому что она касалась меня... Меня!..
Моя ласковая...
Отец кашлянул и подойдя к кровати, скинул с себя пиджак. Словно невзначай, положил его на мой живот.
- Я пойду, - сказала Алёна. Оторвала от меня взгляд. Убрала руку. - Выпью кофе.
- Разумеется, - произнёс Урганов.
- Ты недолго? - с беспокойством спросил я.
Это единственное, что меня волновало.
Потому что когда она отпустила мою руку - словно лавиной накрыло чувство одиночества.
А ещё я понял, что не отдам её Андрею.
Пусть отец придумает другой план!
Стоило девушке закрыть дверь, Тарас Витальевич переменился в лице. Рожу его перекосила злоба.
- Ты чё поплыл, будто девки не видел?!
- Она не девка!
- Девка, сын! Три дырки с подогревом!
- Не говори так. Я хочу её!
- Ты можешь хотеть кого угодно! А об этой думать забудь. Она - материал. Расходник!
- Новый план, отец? - с нажимом потребовал я.
Но внезапно покрылся потом, задрожали руки.
Тело напомнило о том, кто я есть... Не взгляд на меня отца, как на презренное ничтожество, а тело!
- Новый план? - спросил он усмехнувшись. - Ну конечно! Это же так просто. У меня же их миллион. - Неторопливо, он подошёл к раковине, достал маленький пакетик с порошком. - Знаешь, что я собираюсь сделать? - спросил, проведя пальцами по защёлке зип-лок.
- Что? - глядя на то, как он медленно переворачивает пакет, выдавил я.
Просипел жалко.
Пакет нужен мне...
Нужен!
- Остановись! - вскричал ему.
- Не вопрос. Делай, что говорят, и получишь всё в избытке. - через секунду, пакетик оказался в моих руках. А отец, изменив тон, улыбнулся и продолжил излагать. - Время позднее, отправишь Алёну домой, а я тебе шлюх приведу. Элитных. Самых лучших. Они твой член сами выебут. Про Тюменцеву думать забудешь.
- Не знаю...
- Я дело говорю, сын.
Одной ноздрей я втянул тонкую дорожку и откинулся обратно на подушку.
Стало легче.
Угрызения совести поутихли.
- Веди, - решительно произнёс я. - Только чтоб на неё похожи были...