Продолжение.
- Судя по голосу, пропажа обнаружена?
- Ты нашёл его?! - я сразу поняла, что речь о ежедневнике.
- Нашёл. Вечером привезу домой.
- А сейчас ты где?
- За городом, на базе.
- Я приеду.
- Не стоит ехать в такую даль.
- Стоит!
В этом нет никаких сомнений. Я отключилась. Бросила телефон на переднюю панель и поехала на объект. Приехав, отметила отсутствие автомобиля мужа. И даже легче стало.
Не видеть его.
Не слышать. Не думать...
Вышла из машины и поспешила на территорию. Мне повстречался Иван. Прораб. С синяком под глазом. Потрёпанный какой-то...
- О! - воскликнул он. - Алёна Сергеевна! За ежедневником? К Любе сходите. Она в четвёртом корпусе.
Знает меня уже. Даже по отчеству...
Ничего ему не ответив, указала на собственный глаз, спрашивая только взглядом: "Что случилось?"
- Пустяки, - махнул он рукой. - На стройке чего не бывает! У нас, кстати, изменения небольшие в работе. Отставания по срокам не будет. Ещё быстрее объект сдадим.
- С чего вдруг такие перемены? - казалось, утром я повстречала совершенно другого человека. Не этого точно.
- Выяснились причины... - нехотя ответил он.
- Андрей Анатольевич выяснил?
- Нет. Но без его вмешательства не разобрались бы. Вы извините меня, Алена Сергеевна, за слова. Новенький я у вас. Всех не знаю. Но работать хочу. У меня двое детей, жена...
- Иван, - перебила его я. - Всё нормально. Я не первый год на стройке. Здесь действительно, чего только не бывает. Спешу, поэтому до свидания. До встречи.
- До свидания! - сказал он вслед. - Я палку перегнул. Не держите зла!
- Говорю же, - улыбнулась я, обернувшись к мужчине. - Всякое случается. Хорошего рабочего дня.
Иван кивнул, а я продолжила отсчитывать корпуса. Восьмой. Седьмой. Шестой. Пятый... Четвертый!
- Люба, ты здесь? - спросила взбегая по лестнице.
- Здесь! - воскликнула женщина. В пустом помещении отдавались звуки, шаги, и вскоре, я нашла её. На коробке с инструментами, у стены, лежал мой ежедневник.
- Куда же ты так спешила, Алёна, что обронила его и не заметила?
- Порой я бываю растеряна... - пришлось уклониться от прямого вопроса. Не хотелось говорить об отце. Жаловаться...
- Сергей Павлович?.. - проницательно на меня посмотрев, догадалась женщина.
- Ходят слухи? - спросила я.
Любая компания людей, большая или маленькая, это то же самое, что деревня, где жители знают друг о друге всё. Так и у нас. Слухи... Сплетни...
Пройдя к окну, я покачала головой. Люба встала рядом.
- Надеюсь, лечится наш дорогой директор...
- Лечится, - улыбнулась я, глядя в даль.
Мы помолчали немного. Затем занялись делами. Люба - стенами. Я - пролистыванием ежедневника. Ознакомлением с дальнейшими планами.
- Как же хорош твой муж, Алёна... Высокий, крепкий... Глаза карие, как твои. Вы с ним очень похожи. Вроде бы и разные... Но нет, всё равно похожи, - пока женщина говорила, по стене монотонно шуршал валик. А я, услышав слова о нём, потеряла связь с действительностью. Смотрела в ежедневник. Тупо. Не видела букв, строчек, смысла... Видела размытие, из которого, собираясь из синих чернил, на меня смотрел Андрей.
Высокий.
Крепкий.
С глазами карими.
Как мои...
***
- Видимо собрание наше пройдет втроём.
- А кого тебе не хватает, Марк Васильевич? - спросил я деда.
Тот, хотя и не вёл офисных дел, по обыкновению сидел во главе стола. Подле него - мой отец.
Отцом я его не называл. Только по имени - Анатолий.
Не называл, потому что не уважал. И потому что всё детство и юность, его не было в моей жизни.
Мать - дочь влиятельного человека, по молодости загуляла с дядькой, метящим в альфонсы. Забеременела от него. На радость Анатолия, пришлось жениться. Это организовал дед, чтобы избежать позора. Анатолий, кстати, даже фамилию поменял. Тюменцевым стал.
Через время, Марк Васильевич, развернулся ещё шире. Ушёл в дела с головой. Ему было не до влюбленных голубков. Которые, к тому моменту, начали друг друга ненавидеть. Мать ушла в депрессию. Анатолий - в бордель. Заимел любовниц. С одной из них, он в последствии укатил на юга.
Дед тогда убить его хотел. Лору, дочь свою, по лечебницам возил.
Помотали они ему нервов.
Мать подлечили. Восстановилась она и дед устроил ей выгодный брак. Насколько я знаю, она не хотела. Сопротивлялась. Однако, Марк Васильевич - человек, умеющий убеждать. И Лариса Марковна сдалась. Это стало началом её конца.
И именно это, позже, привело к нам Алёну.
- Сергея Палыча конечно... - пробубнил дед. - Но я знаю, что со здоровьем у него не ладится... Как Алёна? Сильно переживает?
- Может всё-таки о бизнесе будем говорить? - я с отстранённым видом покрутил ручку меж пальцев, положил её на стол.
- Об Алёне, стало быть не хочешь? Ладно. Значит, о тебе поговорим.
Приподняв уголок рта в ухмылке, я ждал дальнейшего изложения.
- Ты, Андрей, чего на объекте устроил? Драку?
- Не назовёшь это дракой.
- Вот именно! Это дракой не назовешь! - Тюменцев повысил голос. Такой его тон, мне гораздо привычнее спокойного. Такой его тон - я любил. Он будто молодел. Становился тем, кем я знал его с детства.
- Ты ведь не ждёшь, что я стану за это оправдываться?
- Не жду. Я внука мужиком вырастил. Только ты пойми, сейчас время другое... Фамилия наша громкая. Поднимут общественный резонанс. Суды. Пресса...
- Да всё нормально. Улажено всё. И если хочешь знать, окажись я в той ситуации снова - повторил бы.
- Знаю. Ты за Алёну заступился... Ты береги её. Других таких нет.
После его слов, шеей дёрнул непроизвольно. Вылез из-за стола. За одну секунду, всё загудело внутри. Зря он это сказал!
- Ты куда, Андрей? - окликнул меня Анатолий.
Дед молчал.
- Курить... - сипло ответил я. Голос сел от бушующих эмоций. На выходе сорвал с себя галстук. Бросил под ноги. Через минуту был на улице. Втягивал дым.
Всю жизнь мне испортила!
И чем? - тем, что есть...