— Мои рукавицы — как ежовые трактора! — говорил Сега.
Страшно было крысам попадать в эти рукавицы. Их ждала лютая смерть: наверху, посреди обугленных стен разводился костер, на него ставился большой ржавый бидон с оторванной крышкой. В бидон пускали крысу. И молча слушали, как она пищит и бьется в раскаленном бидоне.
В этот пасмурный день друзьям долго не везло. Крысы или проскакивали сквозь сеть, или просто не шли в нее. Да и как-то попрятались, попритихли. Сега уже плюнул, предложив пойти порезаться в расшибец с детдомовскими. Но упорный Марат не отступал — сопя и кряхтя, ползал по мокрым подвалам, орал, свистел, метал кирпичи в темноту.
Наконец попалась одна.
Схватив «ежовыми тракторами» крысу, Сега вытащил ее из сетки, вынес из подвала и кинул в бидон. Соприкоснувшись головами, друзья заглянули в бидон, оценивая трофей. Крыса была как крыса: не большая и не маленькая, с хвостом. Она неподвижно сидела в полумраке на пока еще холодном днище бидона, покрытого обугленной крысиной кровью.
— Опчики-корявые! — Сега звучно шлепнул ладонями по бидону. — Ща поджарим тебя, шушера.
Крыса сидела неподвижно.
— Ишь, и не шугается… — Сопля тюкнул ботинком в закопченный бок бидона.
Крыса не пошевелилась. Сопля плюнул ей на серую спину. Крыса вздрогнула, подняла голову и понюхала воздух. Влажные глазки ее блестели.
— Бздит. Чует смерть, — шмыгнул носом Марат. — Запалим костер, робя.
Трое разбрелись по руинам в поисках топлива для казни, стали тянуть из кирпичного месива обугленные доски, куски рам с осколками стекла. Сложили деревяшки между двумя кирпичами, сунули под них клочок газеты, подожгли.
Костер нехотя затеплился.
Сега достал бычок «Казбека», поджег, раскурил, передал Сопле. Тот глубоко затянулся и шумно выпустил дым в бидон:
— Газовая атака. Надеть противогазы.
Крыса сидела неподвижно. Она словно окаменела. Дым поплыл из бидона.
— Может, подохла со страху? — Марат тюкнул бидон.
Крыса пошевелилась.
— Жива, фашистка, — Сопля вернул окурок Сеге, сплюнул в костер. — Горит плохо.
— Намокло все, на хер, — Сега присел перед костром, пошевелил деревяшки. — Надо толи подкинуть.
— Ща принесу, — Марат побрел по руинам.
— Чего-то жрать захотелось, — Сопля сдвинул кепку на затылок, поскреб бледный лоб. — Вы вчера чего ели?
— Вчера? — Сега прищурил толстые веки с белесыми ресницами. — Картофь с салом. Пирог с морковью.
— А мы макарон рубанули. Батя консервов припер с завода.
Сега понимающе кивнул, поправил огонь:
— У Аники двух турманов сперли и дутыша белого, слыхал?
— Да уж давно слыхал.
— Вот так. А мы с ними в расшибец режемся.
— Это не детдомовские.
— Ага! Не детдомовские. А кто тогда?
— Леха Трегуб.
— С Яузы?
— Ага.
— А ты почем знаешь?
— Знаю, ёптать.
Помолчали. Костер дымил, не желая разгораться.
— Надо Глухарю сказать.
— Уже сказано, — Сопля усмехнулся и подмигнул Сеге маленьким черным глазом, глубоко спрятанным под рассеченной бровью.
Сега одобрительно кивнул, вздохнул, с силой хлопнул в крепкие ладони, сжал, повернул, выдавливая пойманный между ладонями воздух. Воздух пискнул.
Пришел Марат с кусками толя, стал совать в костер. Затрещал огонь, зачадило, шибануло в ноздри. Сега отвернулся от костра:
— Тьфу, зараза…
Толь помог: обломки занялись. В костер подбросили рваный ботинок, кусок подоконника и какую-то синюю облупившуюся крестовину.
— Во, законно! — обрадовался Марат огню. — Ну, чё, ставим?
— Погоди, пусть прогорит, — остановил его Сопля. — На углях больнее.
— Точно, — кивнул Сега.
За щербатым забором меж двух разросшихся ракит показалась худощавая фигура с портфелем. На выглянувшем наконец из-за туч солнце блеснули круглые очки.
— Кто там прет? — сощурился Сопля.
— Гошка Скелет… — узнал Марат.
Гоша Синаев по прозвищу Скелет брел мимо складов, равномерно постукивая себя черным портфелем по ноге. На нем были темно-серая, тесно сидящая форма и форменная фуражка с латунной кокардой. Круглые очки с толстенными линзами занимали половину его худощавого, узкого бледно-желтого лица.
— Вали сюда, Скелет, ща подзорву! — Марат достал из кармана самодрачку — согнутую медную трубку, набитую спичечными головками, со вставленным гвоздем на резинке.