– Почему ты льешь слезы? – ровным голосом поинтересовался Ваня. – Неужели среди кабачков тебе попалась луковица?
– Меня последняя песня растрогала, – пробормотала я, вытирая глаза. – А твои расспросы хуже горького лука. Что ж, мне и поплакать нельзя?
– Плакать можно, – разрешил Ваня. – А вот грустить в моем присутствии я никому не позволю! Сейчас послушаем что-нибудь веселое!
И он поставил мне оду «К радости» Бетховена. А когда она закончилась, Ваня притащил из комнаты бас-гитару и сыграл мне на ней «Турецкий марш» своего любимого Моцарта.
– Ты еще и на гитаре играешь! – восхитилась я.
– Бренчу понемногу, – скромно ответил он. – Когда-то меня отчислили из музыкальной школы за неуспеваемость.
– Тогда ты передумал становиться рок-звездой и решил податься в медицину! – закончила за него я.
– В медицину я решил податься еще в четыре года, когда родители подарили мне игровой набор «Маленький доктор», – возразил Ваня.
– А я до восьмого класса не знала, кем стать, – задумчиво ответила я. – А потом решила, что хочу быть моделью и всем нравиться.
– Чтобы всем нравиться, необязательно быть моделью, – заметил Ваня.
– В общем, моделью я всё же стала, но ненадолго, – пропустив его слова мимо ушей, продолжила я. – А теперь подумываю заняться дизайном одежды.
– Отличный выбор, коллега! – одобрил Ваня.
– Почему – коллега? – не поняла я.
– Потому что одно дело будем делать – ткани резать, – пояснил Ваня.
– Ты будешь хирургом? – уточнила я.
– Обязательно буду, – кивнул он. – Но лет через семь-восемь, не раньше.
– Так долго учиться? – удивилась я.
Ваня вновь кивнул.
Я посмотрела на него с уважением: надо же, столько лет готов положить ради достижения цели! Молодец, упорный! А я никогда не любила учиться и частенько прогуливала уроки. Из учебников открывала только литературу и историю, да и то не каждый день. Рисовать обожала и всё время носила в сумке толстенный блокнот с миллионом набросков. Но ни разу не задумывалась о том, чтобы стать художником. Да и мама с детства твердила мне, что искусством занимаются одни лишь бездельники, вроде папы. Но теперь выбора у меня нет: я – инвалид, школу не окончила, в голове пусто. Поэтому буду рисовать эскизы одежды, строить выкройки, шить, вязать и надеяться повторить судьбу Коко Шанель.
– О чём задумалась? – мягко спросил меня Ваня, потихоньку наигрывая на гитаре что-то знакомое и задушевное.
– Да вот сомневаюсь, добавлять ли в соус для рататуя чеснок, – солгала я.
– Не сомневайся! – посоветовал Ваня. – Потому что чеснока всё равно нет.
– А прованские травы есть? – спохватилась я.
– Укроп подойдет? – с притворным беспокойством поинтересовался Ваня.
– Нет, не подойдет! – настаивала я. – Нужны прованские травы!
Ваня отложил гитару в сторону, со вздохом поднялся, извлек из навесного шкафа баночку с мелко нарезанным укропом, взял с холодильника фломастер и поверх надписи «Укроп» жирно начертал на баночке «Прованские травы».
– Держи! – протянул он мне баночку. – Можешь не благодарить.
Я усмехнулась, но не стала спорить.
– Разогревай сковородку, – велела я. – Сейчас будем делать соус.
– Мне нравится твой командный тон, – заметил Ваня. – Особенно то, как он звучит на кухне. Ни в какой другой комнате я бы его не потерпел. Но на кухне – это музыка!
– Ты – тиран? – поинтересовалась я.
– С чего ты взяла? – удивился Ваня. – Я – тихий вегетарианец!
– Вот как?! – воскликнула я. – Совсем не ешь мясо?
– Абсолютно! – с жаром подтвердил он, приложив руку к сердцу, в то время как его глаза смеялись. – Иногда жарю себе карпов в сметане. Иногда варю раков. Но мясо – ни-ни!
– Я тоже не люблю мясо! – обрадовалась я.
– Будем дружить! – воодушевленно воскликнул Ваня.
Мы оба расхохотались.
На обед мы съели совместно приготовленный рататуй, ничуть не потерявший во вкусе без прованских трав, и пирог с морковью, который накануне испекла Ванина мама.
– А гостям предложим их обычную новогоднюю пищу: оливье, холодец и шоколадный торт, – пояснил Ваня, демонстрируя мне хранящиеся в холодильнике запасы. – А на горячее – пельмени!
После обеда Ваня предложил скоротать время за просмотром какого-нибудь фильма.
– Смотрела «Наполеона Динамита»? – спросил он, доставая ноутбук.
Я молча покачала головой.
– Забавный фильм, – порекомендовал Ваня. – Для тех, кто понимает.
Меня немного насторожила его рекомендация. Обычно так говорят про артхаусное кино, которое я терпеть не могу и считаю высоколобым занудством. Но фильм оказался отличным: очень смешным и трогательным. Давно я так не хохотала!