Эдриану повезло еще меньше. Родители развелись, мать исчезла из его жизни, а с отцом не ладится. И он встречает Адель, роскошную девушку-вамп, которая оказывается настоящим вампиром и медленно пьет из него жизнь. Я потираю переносицу, осмысливая наши ситуации. Я хотя бы не любила бывшего, и то мне было больно от того, как он поступил со мной. А Эдриан искренне жил этой женщиной и терпел ее ужасное отношение к нему. Я даже не хочу представлять, что он чувствовал, когда она измывалась над ним! А те годы в одиночестве после ее смерти? К нему прибавилось еще и чувство вины.
Мы — два потерянных маленьких ребенка в телах взрослых, которые работают над собой и закрывают шрамы в душе, пока судьба не сводит их вместе. И его, и меня потрепала жизнь, но мы все равно встретились и между нами пробежала искра, которая превратилась в пламя.
«Знаешь, твои слова как-то поставили все на место. Но я должна еще подумать».
«А у меня кончается перерыв. Пиши мне. Я отвечу, как освобожусь».
Отправляю Сэм смайлик-сердечко и закрываю переписку. С раздирающей меня тоской любуюсь красным камнем на пальце. Сэм уверена в искренней любви Эдриана ко мне. Но знает ли она про Адель? Нет. И про наши отношения, если углубиться в их содержимое, не знает.
Я хочу любви Эдриана Мура. Чистой и настоящей. Но кажется, с ним мне не светит ничего из этих вещей даже в качестве жены. Он — моя жажда и одновременно Синяя Борода. Моя интуиция рядом с ним бьет тревогу, но именно с ним я узнала, что такое чувствовать свое тело. С ним я плачу, но только он заставляет меня чувствовать бабочек в животе. В радости и горе, я хочу быть с ним, и произнести эту клятву у алтаря.
Захлопнув ноутбук, я откидываюсь на подушки. Заняться откровенно нечем, и я чувствую себя не на своем месте. Вспоминаю теплые руки Эдриана и от скуки откровенно начинаю позевывать. В полудреме мне чудится, как Эдриан касается губами моего виска, и я морщу нос, переворачиваясь на бок. Его рука огибает мое бедро и задерживается на заднице, сжимая ее в длинных пальцах. Он оттягивает мне волосы и припадает языком к шее, начиная кусать ее и оставлять отметины. Я чувствую боль, но она даже возбуждает меня. Что это со мной? С каких пор мне нравится такое обращение? Его одержимость сносит крышу и при этом пугает меня. Я сжимаю пальцы на ногах и кусаю губы, чтобы стонами не показать, как мне это нравится. А я просто в восторге от дикого поведения Эдриана. Может, именно такая одержимость мной у Эдриана мне и нужна? Сложно сказать, особенно когда мысли путаются и сбиваются от удовольствия под этим горячим языком, смешанного с болью в волосах. На шее уже не остается живого места, а задница ноет, как если бы я приземлилась на нее, поскользнувшись на льду в Торонто. Какой к черту Торонто? Мое место здесь в Сеуле рядом с Эдрианом Муром. В одной постели с падшим ангелом, который хочет сделать меня своей Лилит. Сделать самой желанной и сексуальной женщиной на свете. И чему я противилась?
Черт, что я такое думаю... это все провокация Эдриана?
Пока во мне борются две непримиримые части моего «я», Эдриан проходится кончиком языка по раковине моего уха, вызывая у меня порцию мурашек от интимного касания.
— Повернись на живот и выпяти свою прелестную задницу, Monique, — жарко выдыхает мне на ухо самый горячий мужчина на свете, который принадлежит мне.
Я пытаюсь отойти от экстаза из-за проделанных со мной манипуляций и спешно выполняю приказ.
Стоп, приказ?
— Хорошая девочка, — Эдриан тянет меня за волосы, открывая доступ к шее и оставляя на ней влажный поцелуй. Он сдергивает с меня черные трусики, нарочно оставляя их на бедрах.
О мой бог, это ощущается еще более пошло, чем если бы он совсем снял их с меня. Следом он стягивает с меня футболку, отправляя ее на пол.
Когда его рука со звучным шлепком опускается мне на задницу, из моего рта вырывается полукрик-полустон. О нет! Неужели он это услышал?
— Вот как, — по голосу Эдриана слышно, что его удовлетворила моя реакция. Я клянусь, что почувствовала, как он облизнулся. Я хочу его. Вопреки желаниям тела, все мое нутро запротестовало и заупрямилось. Нет! Все мои старания, чтобы вывести Эдриана из этого типа отношений, пошли коту под хвост. Его рука шлепает меня еще раз, и я кусаю губы. Обида и возбуждение затопляют меня. Получается, ночь любви была всего лишь допущением ради того, чтобы я дала согласие уехать из Торонто? Мне казалось, что я смогла что-то изменить в нем. Но черт, как же хорошо принадлежать ему и таять в его руках. Я мотаю головой, выгоняя из головы флер похоти.