В моей голове складывается рваный пазл. Адель не переносила разговоры об отношениях и избегала их, как огня. Ей нравилось, когда Эдриан делал все так, как она хочет, и не задавал лишних вопросов. А Эдриан был зависим от своей работы, и идеальная внешность была для него приоритетом. Но когда Адель вошла в его жизнь, она стала его зависимостью и его приоритетом. Он обожал ее и, как всякий влюбленный мужчина, Эдриан хотел, чтобы их отношения были и ее приоритетом тоже. Но Адель никогда не была такой, как он. Эдриан стал жертвой страшной любви, и принес на алтарь этой любви и себя, и свою карьеру, позволив прижигать сигарету об свою кожу взамен на недолгую иллюзию нормальных отношений, где он будет говорить, а Адель станет его слушать.
Какой ужас он пережил. Почему он должен был встретить ее, а не меня?
Я скисаю, когда вспоминаю, что если бы Эдриан не встретил Адель, то я не заняла бы ее место. И это разбивает меня, но и вселяет лучик надежды, что раз я здесь, то у меня есть шанс спасти Эдриана. Адель больше нет, но зато есть я. И я вытащу Эдриана, даже если мне невыносимо вести этот разговор. Я не такая, как Адель, и меня воротит от всего, что говорит Эдриан, потому что я люблю его, и мне причиняет боль все, что причиняет боль ему.
— Почему ты терпел это от нее? — Продолжаю задавать вопросы, словно пытаясь достать рукой до дна.
— Она играла на моих чувствах. Ей нравилось мучать меня, а я не мог отказаться от нее.
Не мог отказаться...
Адель была не просто эфемерной бывшей с дикой мне философией отношений, а настоящей холодной красавицей-психопаткой, которая мучала Эдриана и играла на его чувствах к ней.
Адель вбила ему в голову, что говорить об отношениях — наказуемо, и поэтому он не мог заставить себя переступить через это и поговорить со мной. Передо мной встает образ Эдриана, который не встретил Адель, и я представляю его счастливую улыбку, которая направлена мне, а не ей. Успев приоткрыть завесу темной души Эдриана, я знаю, что настоящий Эдриан еще жив в нем, но спрятан так глубоко, что не всякий справится с тем, чтобы спасти его и спастись самому. И все же, сейчас он сам предложил поговорить. Без моей помощи. Если бы я знала, чего на самом деле Эдриану стоило это все, то вела бы себя с ним мягче и нежнее, была бы более понимающей, чем вышло в итоге.
Несколько раз я была зачинщицей разговора и пыталась поговорить с Эдрианом, пока он вяло и нехотя шел на диалог. Теперь же Эдриан пошел мне навстречу, оценив мои усилия, и я благодарна ему за эти попытки говорить об отношениях.
И я поняла, что готова на все ради любви Эдриана Мура.
Маленькими шагами, если будем делать все вместе, мы с ним сможем наладить контакт. Если я хочу бороться за него, то отказываться сразу от привычных Эдриану отношений будет неправильно. Мне нужно сначала дать ему чувство безопасности и показать, как может быть в здоровых отношениях между двумя людьми. Меня вдохновляет наша небольшая победа над проблемой.
— Я согласна на твои условия и эти отношения после нашего возвращения из Сеула.
Брови Эдриана дергаются, а его взгляд меняется, и он резко нажимает на тормоз. Меня не очень сильно встряхивает, но я пугаюсь. Эдриан выходит из машины и обходит ее, открывая дверцу с моей стороны, а после крепко прижимает меня к себе. Моя душа уходит в пятки.
— Бэмби, это все, что я жаждал от тебя услышать, — голос Эдриана приглушен из-за того, что он утыкается носом мне в шею, но я все равно отчетливо слышу его. В этот миг у нас обоих с бешеной скоростью бьются сердца, и я чувствую их симфонию. Не могу поверить, что сказала это. Я согласилась на условия Эдриана. Чувство эйфории накрывает меня с головой, и я отодвигаюсь в поисках тепла его губ. Эдриан впивается в мои губы, обхватывая мое лицо ладонями. Я знаю, что он скрывает под своими перчатками. И я знаю, что хочу справиться с каждым незажившим шрамом на его коже и сердце.
Глава 27
Мона
В ответный поцелуй я вкладываю все эмоции и силы, какие способна вложить. Я так скучала по его искренним и диким поцелуям, что не хочу останавливаться. Я хочу, чтобы Эдриан почувствовал мое тепло всем телом, хочу спрятать его от всех проблем. Хочу, чтобы остались только мы. Только оказавшись в горячих объятиях Эдриана, я понимаю, как скучала по нему. В его объятиях я и сама забываю о тревожащих душу моментах. Этот конфликт с Эдрианом нависал над нами темной тучей, и теперь наши поцелуи без намека на пошлость становятся для меня очищающим дождем.
Эдриан отстраняется, и я нехотя отпускаю его. Мы смотрим друг на друга, а он снова опускается к моим губам, нежно целуя меня. Ноги дрожат, и я опускаюсь на сидение, цепляясь руками за рукава пальто Эдриана. Он опускается следом за мной, не разрывая поцелуй. На секунду мы скрываемся в салоне автомобиля. В голову лезет всякая дребедень вроде ужастиков, когда пара останавливается на ночном шоссе около леса, и все же, эта дорога стала для меня уже слишком родной, а Эдриан — достаточно сильным, чтобы защитить меня. Когда мы прерываем поцелуй и переводим дыхание, Эдриан улыбается.