– Мария приглашает всех собраться у нее на вилле в Майами, – чеканила я так, что слова отскакивали от зубов, не давая ей сказать еще что-нибудь, способное ранить меня. – Айрис тоже там будет. И я. Пожалуйста, присоединяйся к нам. Даже если ты ненавидишь меня, Айрис ты точно хочешь видеть! Я могу заказать билеты, если ты больше не летаешь на Макларене. Откуда тебе удобнее лететь? Из Нариты[2]?
– Макларен[3] я разбила почти четыре месяца назад, – сухо начала она, кажется, основательно раздраженная моим монологом. – А вот что мне действительно интересно, так это кто надоумил тебя сюда позвонить и кто рассказал тебе, что я живу в Токио?! Твой дорогой ДиВан?
– Нет, не он! – разозлилась я. – И он не мой!
– Но живешь ты у него!
– Я вообще не планировала этого! Сперва думала, что это просто такая короткая «акция», чтобы не дать мне скатиться в дерьмо!
Она захохотала, и в ее смехе не осталось ни толики чего-то человеческого и знакомого мне. Хотя мой ответ и вправду поражал своей глупостью.
– Не вздумай оправдываться! Получила, что хотела, и сиди, не рыпайся!
– Я вовсе не этого хотела! – вспылила я и после паузы заговорила на полтона тише, не задумываясь, выкладывая все то, что так давно держала в себе. – Я уже больше ни в чем не уверена. Возможно, все это было ошибкой с самого начала! Нужно было не принимать приглашение на работу в Бюро, а просто вернуться в Нью-Йорк и жить, как раньше. Наплевать на Вульфа со всеми его планами! Мы ничего не знали. У нас была бы еще куча времени, прежде чем все вокруг охватил бы хаос…
Я сидела, почти согнувшись пополам, и дрожала всем телом.
– Идиотка!
– Да, Мария назвала меня так же.
– А? Вот оно как. Снова начала общаться с Корбин и, судя по всему, с Айрис, а теперь звонишь мне? Небось что-то стряслось, некому пожаловаться, и решила перебрать всех знакомых? Кто следующий на очереди? Саманта? Или, может быть, Курт?
– Не говори так! – рявкнула я, но при этом слезы против воли брызнули из глаз.
Нет! Нельзя было позволять себе подобного! Не с Джен.
– Пожалуйста… – запоздало добавила я, прикусывая губу.
– И это все? Все, ради чего ты разбудила меня на рассвете, когда я легла спать? А не пошла бы ты со всеми своими красивыми словами и заманчивыми предложениями!
– Рюи убила не я! – и сама не поверила в то, что выкрикнула это.
– Верно, его убил Защитник Вульфа по его приказу, пока ты там усердно пыталась напоить Ван Райана своей кровью!
– И Уорчайлд был больше големом, чем человеком в тот момент!
– Ты с ним даже не спала, а теперь защищаешь его? Он и в койку-то с тобой стремился попасть по приказу. Совместить приятное с полезным.
– Да, ты права! – проорала я в трубку. – Права в чем угодно! Мне нужно было бросить Ван Райана умирать! А Айрис бы прекрасно справилась и с руководством Бюро тоже!
Я утрировала все от первого до последнего слова, вывернула произошедшее наизнанку, лишь с целью услышать, что она ответит на это.
– Рюи погиб именно потому, что спасал Ван Райана и тебя, решившую во что бы то ни стало вытащить своего мужчину с того света! – ее ярость обрушилась на меня и накрыла, ломая тщательно собранные осколки прежней Крис. От нее было не скрыться.
Я мечтала закричать, но вместо этого неожиданно заговорила взвешенно, четко, будто речь шла о шахматных фигурах на доске. И в тот момент я ненавидела себя еще сильнее, чем всех этих проклятых политиков и власть имущих, чьи замыслы рушили судьбы. Рушили судьбы на моих глаза, а у меня не было возможности… не было возможности продлить счастье моих близких.
– И что бы с нами было? Ван Райан – наш лидер. Ни у кого другого из нас нет и не было достаточного опыта и веса в обществе, даже у Айрис и Марии. Без него «Троица» перестала бы существовать, а сопротивление АНБ и ЦРУ сломили бы за считаные месяцы! И те из нас, кого можно было убить, были бы уже мертвы! А остальных держали бы под постоянной охраной в каком-нибудь темном, напичканом магией изоляторе! Рюи погиб, стараясь не допустить этого! И он… смог.
– Давай еще скажи, что он умер, как герой, и я должна этим гордиться!
– А разве это не так?
– Замолчи! У меня от тебя пухнет голова!
Глаза и лицо щипало. Слезы катились по щекам сплошным потоком, а перед собой я видела лишь размазанную, расплывающуюся картинку действительности. Джен не бросила трубку, но ничего не говорила больше. Казалось, что время застыло.
– Скажи, – прошептала я вдруг, стараясь просто заполнить пустоту, – ты помнишь наше обещание?
Она тихо фыркнула в трубку, но потом односложно, без всяких эмоций проговорила:
– Да.
– Оно еще в силе?
И опять она ответила не сразу.